Великие тайны океанов. Атлантический океан. Индийский океан

В ту экспедицию ни одного кролика не взяли, и два эскудейро разбогатели.

А дон Энрике уже загорелся новыми проектами. Его астрономы, кораблестроители, картографы и моряки без устали трудились над разрешением загадки почти легендарного мыса Бохадор. Расположенный далеко на юге африканского побережья, в районе нынешнего Дакара, он считался как бы границей мира. Ни один европеец еще не плавал дальше.

– За этим мысом, – говорили моряки, – море обрушивается в бездну.

– Нет, не обрушивается, – возражали другие, – оно начинает кипеть, а корабли охватывает огонь.

Со времен финикийцев мореплаватели распространяли жуткие легенды, чтобы запутать следы и ограничить конкуренцию. Дон Энрике упрямо посылал капитанов на юг. Его хронист Гомиш Ианиш ди Зурара утверждает, что это был человек, стойкий в беде и скромный в достатке, столь добрый и справедливый, что иногда его обвиняли в слабости, «ибо он ко всем относился одинаково». Он был «так сдержан, что всю жизнь сохранял целомудрие, и тело его было девственным, когда его покрыли землей».

Все историки сходятся на том, что дон Энрике вел монашескую жизнь, но, вероятно, такое существование было ему свойственно не всегда. По слухам, у него была внебрачная дочь, а может быть, и несколько.

Карта Фра Мауро, отразившая географические познания европейцев накануне эпохи Великих географических открытий. Ок. 1450

В 1432 году капитан Кабрал, один из самых доверенных лиц инфанта, методически исследовал архипелаг к западу от Африки, который уже открывали карфагенские, арабские и итальянские мореплаватели.

Дон Энрике отправил туда колонистов. Самыми многочисленными пернатыми обитателями этих островов были коршуны, которых моряки по ошибке назвали ястребами – по-португальски a?or, поэтому острова получили название Азорских.

В октябре 1434 года капитан Жил Ианиш доложил инфанту:

– Сеньор, я обогнул мыс Бохадор!

– Видел ли ты кипящее море?

– Нет, сеньор, море как море.

Инфанту пришлось отвлечься на поход (неудачный) против Танжера, но, вернувшись в Сагреш, он пристально следил за испытаниями совершенно нового типа судна, которое создали его кораблестроители.

Это была каравелла.

И сегодня мы не можем с уверенностью ответить на вопрос, что вдохновило его мастеров – собственный талант или дошедшие до них рисунки китайских джонок, которые могли лечь в основу их работы. Подводная часть каравелл походила на тело водоплавающих птиц.