Ирония судьбы, или У богатых свои причуды

Ирония судьбы, или У богатых свои причуды

Зина Парижева

История любви, отчаяния и восторжествовавшей над всем справедливости, произошедшая в XIX веке на территории современной Анголы.

Зина Парижева

Ирония судьбы, или У богатых свои причуды

Молодая португальская герцогиня, полное имя которой Леонора да Силва Авейру Гонзага де Гусман де Терсейра, наведя последние штрихи в своём образе, повесив на тонкую белоснежную шею подаренное славным мужем Диего блистательное ожерелье, на котором красовалось три великолепных алмаза.

Её густые, каштановые кудри украшали плавной волной голову девушки; круглые глаза цвета неба серьёзно взирали из-под тёмных, соболиных бровей. Напоследок герцогиня мельком взглянула в крупное овальное зеркало, без особой скромности любуясь на работу служанки, и направилась прочь. Прекрасную даму ожидало невероятное веселье, царившее на балу, устроенном в честь коронации Луиша I.

Поздним вечером выбившаяся из сил дама лежала в покоях, изящно изгибаясь на светлых, нежнейших перинах и перебирая сверкающие на груди каменья.

Однако отдых барышни был прерван внезапным появлением в дверях милого мужа:

– Дорогая, завтра я отправляюсь в нашу Португальскую Западную Африку.

– Что?! – взметнулась с постели донья.

– Новый король удостоил меня честью посетить одну из наших колоний. Нужно наладить добычу минералов. Не знаю, когда вернусь.

– Возьми меня с собой.

– Не думаю, что… – смутился герцог.

– Как это «не думаю»?! – рассердилась супруга, – С каких пор в поездку нельзя брать с собой жену?

– Дело не в этом, – понизив голос, сказал Диего, – Это тебе не путешествие на французскую Ривьеру.

Чего только нет в Африке, что может быть опасно для моей драгоценной жёнушки.

– Не беспокойся.

– Но…

– В любом случае, это будет стоить того.

– Что «это»? – поинтересовался мужчина, которому слова Леоноры показались подозрительными.

– Я имею ввиду, что если уж я заболею, то это приключение будет стоить…

– Твоей жизни? – злостно спросил молодой человек, – Что ты говоришь? Ты себя вообще слышишь? Жена, я тебя не узнаю.

Что с тобой случилось?

– Ничего, Диего. Не важно, – удручённо промолвила миледи.

– Важно, – сказал герцог и широким шагом приблизился к даме.

Когда дон де Терсейра присел, Леонора начала с более мягкой, нежели ранее, интонацией:

– Пойми, мне тяжело здесь. Душный воздух Лиссабона убивает меня.