Из огня да в полымя. История одной семьи

Позднее этот негодяй вступил в ряды грузинских большевиков и в советское время сделал успешную партийную карьеру.

А Илью хоронила вся Грузия. Его погребли в Тбилиси на святой горе Мтацминда, где находился монастырь Святого Давида с могилами А. С. Грибоедова и его супруги Нины Чавчавадзе. Над прахом Ильи в пантеоне выдающихся грузинских деятелей воздвигли огромный обелиск со скорбящей фигурой Матери-Грузии, склонившей голову у могилы своего верного сына.

А ирония судьбы заключается в том, что убийце Ильи, скончавшемуся спустя приблизительно тридцать лет и ставшему к тому времени видным большевистским функционером, могилу вырыли в том же пантеоне всего в нескольких метрах от места упокоения Ильи.

Вот и показывают ныне туристам тбилисские экскурсоводы расположенные по соседству могилы палача и его жертвы!

Сам Илья, последовательно боровшийся с местными русификаторами из числа чиновников наместника на Кавказе, никогда не подвергал сомнению судьбоносность объединения Грузии с Россией и наверняка гордился тем, что в процессе этого объединения немалую роль сыграли представители его рода.

В частности – князь Гарсеван Чавчавадзе, последний посол грузинского царя Ираклия II при русском дворе.

Поэт Александр Гарсеванович Чавчавадзе, крестник Екатерины Великой и тесть А. С. Грибоедова. Тифлис, 1820-е годы.

Грузия с давних времён стучалась в «московские ворота», чтобы получить помощь и покровительство могущественного северного соседа перед лицом беспощадных опустошительных набегов персов и турок.

Однако по разным причинам дело не продвигалось.

Ситуация изменилась во второй половине XVIII века, когда на русском престоле восседала Екатерина II. Императрица начала делать первые шаги навстречу стремлениям грузин к вхождению в состав Российской империи. Знаком особого расположения к Грузии было воспринято её желание стать крёстной матерью сына грузинского посла Гарсевана Чавчавадзе – Александра, появившегося на свет в Санкт-Петербурге. Впоследствии, во время Наполеоновской кампании, этому крестнику Екатерины Великой предстояло стать генералом русской армии, а ещё позже – тестем Александра Сергеевича Грибоедова.

Гарсеван Чавчавадзе в статусе посла проводил раунды российско-грузинских переговоров и принимал активнейшее участие в разработке того юридического документа, который, сформулировав базовые принципы вхождения Грузии под протекторат России, остался в истории под названием Георгиевского трактата.