Врата Скорби. Книга первая: Дикий Восток

Самолет слушался ручки управления, мотор не подавал никаких намеков на то, что он перегрет – но лампочка не унималась, мерцала зловещим красным глазком. Черт, может приборная панель…

Дорога!

Дорога серой, жирной змеей ползла по горным склонам, ныряя в ущелья и выползая вновь на серое, пыльное плоскогорье. И там, на этой без счета сколько раз проклятой казаками дороге, недвижимо стояла, а частью – и горела, пытаясь отстреливаться, колонна.

Да что же это такое сегодня…

Племенная территория.

Дорога на Сану. Конвой. 11 апреля 1949 г.

Хорунжий злобно выматерился, не открывая глаз – тряхнуло так, что он здорово приложился головой о броневой лист. Здесь как раз был стык и ударился он, считай, об угол – так что ажник искры полетели…

Сдвинув вниз вонючую, пахнущую едким потом пыльную кашиду, Слепцов открыл глаза. Знакомо урчал мотор, выбиваясь из сил – здесь моторам и так не хватало воздуха, так еще приходилось ставить усиленные фильтры. Рядом сидевший на месте механика-водителя казак изо всех сил налегал на руль, пытаясь удержать тяжелую, бронированную машину на полотне трассы – верней того, что здесь считалось дорогой.

Все было покрыто пылью, пыль была везде…

Надо вставать…

Выругавшись еще раз для порядка, Слепцов на четвереньках выполз из грохочущей теснины бронекабины, тряхануло еще раз – но он был к этому готов. За пулеметом, развернутым влево дежурил казак, Бабицкий же смотрел влево, как и было положено. Их машина шла второй в конвое, поэтому стены пыли, в которой плыл конвой, была здесь не такой плотной, и можно было различить, где идет колонна.

Получалось, что они только-только вошли в горы – значит, прикорнуть удалось на полчаса, не дольше. Но и то хлеб.

Хорунжий толкнул Бабицкого в плечо, проорал ему на ухо

– Где мы?!

– Прошли Лахедж!

Хорунжий хлопнул казака по спине в знак того что понял – пыль была такая, что не наговоришься – потом не откашляешься. Лахедж – это последний пункт на трассе, где есть блок-пост, совместный, казаков и йеменской королевской гвардии, настоящая трехэтажная крепость у дороги, где были даже трехдюймовые пушки.

Дальше, почти пятьдесят километров – темная территория, где не берет ни одна рация, и где невозможно поставить блокпост, даже усиленный танками – будут долбать, пока не раздолбают. Черная территория – и что там происходило – ведал только Аллах. Если им повезет сегодня – они проскочат.