Мы против вас

Петер Андерсон еще сидел на собрании в администрации, а политики уже слили новость о том, что «Бьорнстад-Хоккей» – банкрот. Высокооплачиваемые консультанты по связям с общественностью объяснили муниципалам, что «историю» надо «держать под контролем».

Молодой человек в лесу, адвокат в своей конторе, некто на джипе – все они возьмут в руки телефоны. Новость дотянется до всех.

* * *

Каждый человек состоит из множества вещей, но в глазах других людей мы бываем, как правило, лишь чем-то одним. Мира Андерсон – адвокат, закончившая два иностранных университета, в Бьорнстаде оставалась «женой Петера Андерсона».

Бывали дни, когда она сама ненавидела себя за то, что ее это так бесит. За то, что ей мало быть чьим-то человеком.

Сейчас Мира обедала за письменным столом, в окружении розовых стикеров со списками дел, и желтых, напоминавших о том, что надо купить и какие дела можно переложить на других членов семьи. У компьютера стояла фотография Лео и Маи. Под их взглядом Миру мучила совесть и замучила бы до смерти, если бы не внезапный топот в коридоре.

Тут Мира почти улыбнулась, хотя все лето жила в аду. Она точно знала, кто сейчас ворвется в кабинет. Во-первых, кроме нее самой, на рабочем месте за несколько часов до праздника оставалась единственная коллега – такой же трудоголик. Во-вторых, когда коллега входила, дверь никогда не открывалась – она распахивалась так, что грохала о стену. Ростом под метр девяносто, коллега была такой громогласной, будто и в ширину имела примерно столько же. Проигрывать она не умела как никто: если кто-нибудь из сотрудников принимался жаловаться, она обычно отвечала: «Заткнись и выстави счет!» Сейчас она, как обычно, завела разговор с середины фразы, словно Мира сама виновата, что пропустила начало:

– …и тут выясняется – пиццерия ЗАКРЫТА, Мира! «Мы в отпуске».

Представляешь? Это что за люди такие, которые, работая в ПИЦЦЕРИИ, уходят в отпуск? Пиццерии, по идее, относятся к жизненно необходимым учреждениям, вроде… поликлиники… пожарной команды или… обувных магазинов! К тому же я собиралась переспать с этим, который за кассой, у него всегда такой грустный вид, а таким грустилам в постели нет равных! Ты что ешь? Там еще осталось?

Мира вздохнула так, словно собралась задуть свечи на последнем в своей жизни именинном торте.

Достала пластиковый контейнер с едой. Коллега изобразила, что ее сейчас вырвет.

– Настоялся как следует, – прокомментировала Мира.

– Это что вообще? – простонала коллега.

Мира рассмеялась.