Мы против вас

Но лишь застенчиво показал рукой на берег и прибавил:

– Если купаться вон там, то из леса не видно.

Мая и Ана не спрашивали, с кем он делил этот остров. Теперь остров принадлежал им. Как хорошо, что природа не знает ностальгии. Скалам и деревьям плевать на прежних владельцев. Беньи уже шел к воде, но, когда он спрыгнул с камней, Мая позвала:

– Слушай!

Беньи обернулся. Голос Маи сел.

– Я надеюсь, что твоя история кончится хорошо.

Юный мужчина лишь кивнул и отвернулся, прежде чем она сообразила, что это значит для него на самом деле.

Юные женщины еще стояли на берегу, когда он нырнул в озеро и поплыл прочь.

Ана следила за его руками, разрезавшими водную гладь, прищурившись, смотрела, как он, напрягшись всем телом, выбирается на противоположный лесистый берег. Такой же печальный и дикий, как он сам. Ана удовлетворенно прикусила нижнюю губу. А поймав осуждающий взгляд Маи, только фыркнула:

– Ну что? Я только подумала, что… ну, что ему не обязательно было сразу удирать.

Мог бы и присмотреть, пока я купаюсь…

– У тебя с головой проблемы. – Мая постучала себя по виску.

– Что? Да ты видела, какие у него бицепсы? Он бы покараулил, пока я…

– Спасибо! Хватит! Еще слово – и вылетишь с моего острова!

– Чего-чего? Он уже и твоим стал?

Мая расхохоталась. Ее лучшая подруга – самая мозговитая кретинка из всех ее знакомых. Ана на свой извращенный лад пытается сделать так, чтобы все стало как было: парни, секс, жизнь, мир. И начинает с того, с чего начинают все выжившие: прикалывается.

Они оставались на острове почти все лето. Ана совершала короткие вылазки домой, за провиантом, но больше для того, чтобы вынести пустые бутылки с отцовской кухни. Она всегда возвращалась до наступления темноты и следила, чтобы Мая не голодала. Однажды утром Мая проснулась оттого, что ее подруга стояла нагишом в озере и, ругаясь в воду, пыталась изловить голыми руками рыбу, потому что так делал какой-то придурок в телепередаче про выживание; с тех пор Мая не звала подругу иначе, как «Горлум».

Ана, в свою очередь, впервые увидев Маю голой, прокомментировала границы ее загара по краю футболки и шортов: «Из тебя получится годный папаня. Ты загорела, как приличный отец семейства после отпуска». Это было последнее лето, когда они пели во весь голос, отплясывали кто во что горазд и спали под звездным небом, не зная кошмарных снов. Мая играла на гитаре, спокойно и свободно.