Обыкновенный говорящий кот Мяун и его семья

– Да, мы всё оплатим, – закивала Аня. – А вот вы сказали, что это не первый случай…

– Развлекается так кто-то в округе. Кошкам хвосты рубит. У нас уже третий такой случай. Так это только те, кого привезли, – ветеринар безнадёжно махнула рукой и продолжила: – Одно дело, когда мы щенку хвост купируем. Там хрящики тонкие, делается с обезболиванием и заживает стремительно, а тут чистый садизм!

– Да я и со щенками не понимаю, зачем это делать, – пожал плечами Олег, которому хвост Дика очень даже нравился.

– А вы обратите внимание, что это ведь не со всеми породами делают. Раньше ведь породы выводили для пользы, для дела. И когда люди видели, что хвосты у какой-то породы травмируются часто, постоянно ломаются, их начали купировать щенкам таких пород. Хвосты и висячие уши, которые провоцировали мучительное воспаление. Сейчас пошёл этот дурацкий сверхгуманизм, ага, и вовсю ломают хвосты взрослые ротвейлеры и доберманы, терьеры и бульдоги. Особенно это актуально, если собака рабочая!

– Бульдоги бывают с хвостом? – удивилась Аня, поминутно заглядывающая в переноску, где мирно спал белый кот, у которого наконец-то ничего не болело.

– Да, представляете себе? Сейчас в Европе разрешение надо, чтобы по медицинским показаниям хвост удалить, а он у этой породы чаще всего искривлён при рождении. Ломается запросто. Только взрослому животному – это лишняя боль и дикий стресс, а щенок и не вспомнит об этом через пару дней. А, глупостей разных – не перечесть, не буду вам голову морочить.

Забирайте вашего спящего красавца.

Олег расплачивался, а Аня унесла переноску в машину и размышляла, каким же надо быть уродом, чтобы так издеваться над животным.

Нина ждала их у окна и вышла сразу, как только машина подъехала.

– Бедный ты мой, бедный! Что сказали? Заживёт скоро? И остальное? А когда швы снимать? Не надо? Саморассасывающиеся? До чего дошёл прогресс даже в наших местах! Да какой же паршивец-то развлекается? Ну ничего, ничего, ему это просто так не пройдёт! А проснётся когда?

Олег только за голову взялся, она начала потрескивать и гудеть от такого множества вопросов на разные темы.

В голове медленно, но верно формировался образ паршивца, обвязанного саморассасывающимися нитками и прогрессивно шатающегося вокруг да около. Олег потряс головой, и Аня сочувственно погладила его по плечу.

– Ты совсем вымотался, иди в душ и спать, а я покараулю его! – Аня осталась с Ниной и белым котом в кухне.