Полночная библиотека

Его чрезмерная реакция, после ее рассказа о покупателе – Эше, хирурге и гитаристе-любителе, который приходил в «Теорию струн» за песенником, – между делом спросившем Нору, не хочет ли она как-нибудь выпить с ним кофе.

(«Конечно, я отказалась. Прекрати кричать».)

Хуже, однако, было, когда агент крупной звукозаписывающей компании (или, скорее, маленькая бывшая компания для инди-групп, за которой стояла Universal) хотел подписать контракт с «Лабиринтами». Дэн тогда заявил ей, что их отношения вряд ли продолжатся.

Он также узнал жуткую историю от одного из своих университетских друзей, который играл в группе, подписавшей подобный контракт: компания ободрала их до нитки, и они остались безработными алкоголиками или вроде того.

– Я могла бы взять тебя с собой, – сказала она. – Я прописала бы это в контракте. Мы могли бы везде ездить вместе.

– Извини, Нора. Но это твоя мечта. Не моя.

Вспоминать это было еще больнее, зная, как упорно – до свадьбы – она пыталась воплотить его мечту о пабе в деревенском Оксфордшире и сделать ее своей.

Дэн всегда говорил, что заботится о Норе: у нее начались панические атаки, когда она стала петь в группе, особенно когда нужно было выступать на сцене. Но забота была как минимум отчасти манипулятивной, поняла она сейчас.

– Мне показалось, – проговорил он теперь, – что ты начинаешь снова мне доверять.

– Доверять тебе? Дэн, с чего мне тебе не доверять?

– Сама знаешь.

– Конечно, знаю, – соврала она. – Я лишь хочу услышать это от тебя.

– Ну, из-за тех делишек с Эрин.

Она уставилась на него, словно на пятно Роршаха, в котором не могла разглядеть отчетливый образ.

– Эрин? С которой я говорила сегодня?

– Меня всю жизнь будут жрать за один глупый пьяный случай?

Ветер на улице усиливался, завывая в деревьях, словно пытался заговорить.

Это была жизнь, по которой она так страдала. Это была та жизнь, которую она не осмелилась прожить, за что все время себя винила. Это было время, подумала она, о несуществовании в котором она сожалела.

– Одна глупая ошибка? – отозвалась она.

– Ладно, две.

Все усложнялось.

– Две?

– Я был в тяжелом состоянии. Под давлением. Из-за паба. И очень пьян.

– Ты занимался сексом с другой и даже не пытаешься хоть как-то… искупить вину.

– Серьезно, зачем это все вытаскивать? Мы уже все обсудили. Помнишь, что сказал психотерапевт. О том, что нужно сосредоточиться на том, куда мы хотим прийти, а не где мы были.