Тысяча сияющих солнц

Тысяча сияющих солнц

Халед Хоссейни

Любовь – великое чувство. Глубоко укрытая, запрещенная, тайная, она все равно дождется своего часа. Об этом роман Халеда Хоссейни. А также о дружбе между людьми, которые, казалось, могут быть только врагами. Мариам – незаконная дочь богатого бизнесмена, с детства познавшая, что такое несчастье, с ранних лет ощутившая собственную обреченность. Лейла, напротив, – любимая дочка в дружной семье, мечтающая об интересной и прекрасной жизни. Между ними нет ничего общего, они живут в разных мирах, которым не суждено было бы пересечься, если бы не огненный шквал войны.

Отныне Лейла и Мариам связаны самыми тесными узами, и они сами не знают, кто они – враги, подруги или сестры. Но в одиночку им не выжить, не выстоять перед средневековым деспотизмом и жестокостью, затопившими некогда цветущий город.

Роман Халеда Хоссейни невообразимо трагичен и неотразимо прекрасен, как ветхозаветная история. Читатели, которых подкупил его первый роман «Бегущий за ветром», полюбят и «Тысячу сияющих солнц».

Подробный гид по творчеству Халеда Хоссейни читайте в ЛитРес: Журнале (https://journal.litres.ru/haled-hossejni-iz-grustnyh-istorij-vyrastayut-horoshie-knigi/)

Книга содержит нецензурную брань.

Халед Хоссейни

Тысяча сияющих солнц

Эта книга посвящается Хэрису и Фаре, светочам моих очей, и всем женщинам Афганистана

Часть первая

1

Мариам было пять лет, когда она впервые услышала слово харами.

Судя по всему, случилось это в четверг. Уж очень не по себе ей было, она просто места себе не находила. Ведь по четвергам к ним приходил Джалиль. Чтобы скоротать время (вот-вот он появится, помашет издали рукой, подойдет, по колено в высокой траве), Мариам забралась на стул и взяла с полки матушкин китайский чайный сервиз, единственную память после бабушки, матушкиной мамы, которая умерла, когда Мариам было два годика. Нана, мама Мариам, надышаться не могла на бело-голубые фарфоровые чашки в птицах и хризантемах, на чайник с благородно изогнутым носиком, на сахарницу с драконом, призванным отгонять силы зла.

Сахарница-то и выскользнула у Мариам из рук. Упала на деревянный пол и разбилась.

Когда Нана увидела осколки, лицо у нее побагровело, верхняя губа задрожала, а глаза, обычно томные и добрые, так и впились в Мариам. Девочка перепугалась, что в мать опять вселился джинн. Но нет, обошлось.