Улица Светлячков

Они с Талли объездили на велосипедах всю долину, часами катались по Пилчаку на надувных кругах. А под вечер, обмазавшись с ног до головы детским маслом с парой капель йода – чтобы получше загореть, – укладывались на полотенца в своих ярких, вязанных крючком купальниках, включали транзисторный приемник, который всюду брали с собой, и слушали хит-парад топ-40. Они болтали обо всем на свете: о моде, музыке, мальчиках, о войне и о том, что теперь творится во Вьетнаме, о том, каково будет вместе работать журналистками, о фильмах.

Не было запретных тем – с какого вопроса ни сделай подачу, с другой стороны сетки прилетит ответ.

Однажды, на исходе августа, Талли зашла в гости, чтобы вместе собраться на ярмарку. Кейт, как обычно, приходилось тащить все с собой и уже на улице переодеваться и краситься. Если она хотела выглядеть как человек, конечно. Мама продолжала считать, что она не доросла до нормальных шмоток и косметики.

– Топик взяла? – спросила Талли.

– Ага.

Упиваясь свой невероятной находчивостью, они спустились в гостиную, где отец, сидя на диване, смотрел телевизор.

– Пап, мы на ярмарку пошли, – крикнула Кейт, радуясь, что мамы нет рядом. Она бы точно заметила, что сумка у нее слишком уж плотно набита. Просветила бы ее плетеные бока своим рентгеновским зрением и все разглядела: и одежду, и босоножки, и косметику.

– Смотрите осторожно там, – отозвался отец, даже не подняв головы.

Он теперь все время так говорил, с тех самых пор, как в новостях стали рассказывать, что в Сиэтле пропадают девушки.

По телевизору маньяка звали Тедом[33 - Речь идет о Теде Банди – серийном убийце, действовавшем в 1970-е в нескольких американских штатах, в т. ч. в окрестностях Сиэтла. В период с 1974 по 1978 год его жертвами стали как минимум 30 женщин.] – так он представился одной девушке, которую хотел похитить на пляже у озера Саммамиш, а она сбежала и все рассказала полиции, даже внешность его описала. Девушки штата, конечно, были в ужасе. Стоило увидеть на улице желтый «фольксваген-жук», и сразу душа в пятки: вдруг это машина Теда?

– Мы очень осторожно, – с улыбкой пообещала Талли.

Ей нравилось, что родители Кейт за них волнуются.

Кейт подошла поцеловать отца на прощанье. Он приобнял ее и протянул десятидолларовую купюру:

– Повеселитесь хорошенько.

– Спасибо, пап.

Вместе с Талли они зашагали по подъездной дорожке, размахивая на ходу сумками.

– Как думаешь, Кенни Марксон придет? – спросила Кейт.

– Больно уж ты печешься о парнях.