Улица Светлячков

Мы с мистером Маларки никаких фокусов не потерпим.

Талли резко вскинула голову:

– Что вы сказали?

Эту внезапную надежду невозможно было выразить словами.

– И уж точно не потерпим курения.

Талли уставилась на нее, едва замечая, как щиплет от слез глаза, чувствуя только, что все переворачивается внутри. Будто летишь в пропасть.

– Вы хотите сказать, что мне можно жить с вами?

Миссис М. подалась вперед и провела пальцами по ее подбородку.

– Я знаю, как жестоко обошлась с тобой жизнь, Талли, и не могу допустить, чтобы это повторилось.

И вот она уже не летит в пропасть, а взмывает в небо. И плачет, плачет обо всем: о бабушке, о приемной семье, о Дымке. Талли в жизни не испытывала чувства более сильного, чем это облегчение. Дрожащими руками она достала из сумки мятую, полупустую пачку сигарет и протянула ее миссис М.

– Добро пожаловать в нашу семью, Талли, – сказала та после паузы и, притянув Талли к себе, обняла ее, позволила выплакаться.

В этот момент, который Талли запомнила на всю жизнь, для нее началось нечто новое и сама она превратилась в кого-то нового.

Поселившись в одном доме с шумливыми, сумасшедшими, любящими Маларки, она обнаружила в себе совершенно нового человека. Она больше не хранила секретов, не лгала, не притворялась тем, кем не являлась, а Маларки ни разу даже не намекнули, что она им чужая или что она недостаточно хороша. Куда бы потом ни забрасывала ее жизнь, с кем бы ни сталкивала, она всегда помнила этот момент и эти слова: «Добро пожаловать в нашу семью, Талли». Этот год – когда она училась в выпускном классе, жила с Маларки и почти не расставалась с Кейт – так навсегда и остался лучшим годом в ее жизни.

Глава восьмая

– Девочки! Заканчивайте прохлаждаться. Пора уже выезжать, иначе все пробки соберем.

Стоя в своей тесной спальне со скошенным потолком и скрипучим полом, Кейт разглядывала открытый чемодан, в котором лежали все ее главные сокровища. Сверху – перевязанная лентой пачка старых писем от Талли и совместная фотография, сделанная в день выпуска, а рядом снимок бабушки и дедушки в рамке.

Она так давно ждала этого дня (ночами они с Талли без конца строили планы, которые неизменно начинались со слов «вот будем в колледже…»), но теперь, когда он наконец настал, вдруг расхотела уезжать.

За год учебы в выпускном классе они стали неотделимы друг от друга. Талли-и-Кейт. В школе их имена всегда звучали вместе, как одно.