Стоя под радугой

Мама, ну пожалуйста!

– Я не стану звать девочку, если ей не рады.

– Рады, рады, я хочу, чтобы она приехала. Обещаю, я буду делать все, что она захочет. Пожалуйста, пусть приедет! Я себя убью, если не разрешишь ей приехать! – Тут она рухнула на пол в полноценной подростковой истерике. – Пожалуйста! Пожалуйста! Она может одна в моей комнате жить, я у бабушки посплю, может все мои вещи носить. Я буду развлекать ее днем и ночью, обещаю, только не звони!

Дороти не раз была свидетелем подобных спектаклей, и это ее не убедило.

– Хорошо, Анна Ли, встань. Сегодня звонить не буду. Но ничего не обещаю. Посмотрим, что ты завтра скажешь.

С этого дня на каждом совместном ужине Анна Ли сообщала, что ждет не дождется приезда Бетти Рэй.

И хотя это было не совсем правдой, Анна Ли готова была пройти сквозь огонь, только бы снова не разочаровать маму.

Гостья по принуждению

Месяц спустя около четырех часов пополудни старый запыленный четырехдверный зеленый «паккард», плотно забитый людьми, сборниками песен и одеждой, со звуковым оборудованием, привязанным к багажнику на крыше и даже к подножкам, остановился около дома Смитов.

Сделанный вручную знак на капоте гласил: СЕМЬЯ ОТМАН – СТРАНСТВУЮЩИЕ ВО ИМЯ ИИСУСА.

Дороти крикнула из гостиной:

– Анна Ли, Бобби, спускайтесь, Бетти Рэй приехала.

Весь день Анна Ли отрабатывала улыбку и счастливый вид по поводу приезда гостьи, но, увидев побитую дорогами машину, втайне понадеялась, что соседи ее не заметят.

Дверь машины открылась, с заднего сиденья вылезли трое, на девочке, как и предвидела Анна Ли, было голубое самодельное платье с каким-то уродским зеленым зигзагом по вороту и рукавам.

Один из мальчиков Отманов отвязал от подножки небольшой коричневый картонный чемодан, сунул его девочке и влез обратно в салон.

Минни махала из окна платком.

– Вот и она, миссис Смит, – сказала она и, оглядев дом, воскликнула: – Нет, вы только гляньте, что за красота! Сколько кустов, а клумбы какие – ай-ай! Да это самый красивый дом из всех, где она жила.

Дороти поблагодарила.

– Может, зайдете выпьете холодненького, съедите по сэндвичу? Я для вас печенье напекла.

– Ой, нет, уважаемая, сил нет, мы из Оклахомы едем как сардины в банке, ноги отекли, как у слона, скорей бы до места добраться. К тому же, если мы все вылезем, неизвестно, впихнемся ли мы обратно. Мальчикам не терпится поглядеть, где нам выступать… Но от печенья не откажемся, если оно домашнее.

– Конечно, – сказала Дороти.