Хроники Заводной Птицы

Работа вообще-то есть, и начинать можно в любое время. Хоть завтра, если нужно. Но я все никак не решусь, вот в чем дело. Просто нет уверенности, надо мне это или нет. Работу разве так выбирают?

– Поэтому-то я тебе и говорю: делай так, как считаешь нужным, – заговорила Кумико, глядя на мое отражение в зеркале. – Никто ведь не гонит тебя на работу. Если тебя материальная сторона волнует, то напрасно. Другое дело, если тут психология: то есть тебе без работы тяжело и ты чувствуешь себя не в своей тарелке оттого, что я одна работаю, а ты сидишь дома на хозяйстве.

Тогда, может, тебе действительно куда-нибудь устроиться. Меня и то, и другое устраивает. Так что решай сам.

– Конечно, в конце концов я должен найти работу. Это факт. Нельзя же всю жизнь болтаться без дела. И рано или поздно найду. Но, откровенно говоря, сейчас просто не знаю, куда пойти. Когда я уволился с прошлой работы, какое-то время казалось, что стоит опять заняться чем-нибудь по юридической части. Есть кое-какие связи.

Но сейчас такого настроя уже нет. Чем дальше, тем меньше мне это интересно.

Жена опять посмотрела на меня в зеркало.

– Выходит, я знаю, что делать не хочу, но вот что хочу делать – понятия не имею. Сказали бы мне: «Давай, действуй!» – кажется, все бы сделал. А так… прямо не знаю.

– Ну, в таком случае, – сказала она, опустив руку с полотенцем и обернувшись ко мне, – раз надоели законы – бросай это дело совсем. И про экзамены на адвоката забудь. Нечего спешить с работой.

Не знаешь, что тебе нужно, – подожди. Так ведь?

Я кивнул:

– Просто захотелось объяснить тебе, что я об этом думаю.

– Понятно, – сказала Кумико.

Я пошел на кухню и принялся мыть стаканы. Кумико вышла из ванной и присела за кухонным столом.

– Ты знаешь, кто мне звонил сегодня днем? Брат.

– Да неужели?

– Похоже, он всерьез собрался участвовать в выборах. Можно сказать, это уже почти решено.

– В выборах?! – От удивления я на несколько секунд даже потерял голос.

 – Ты имеешь в виду… в парламент?

– Именно. Говорят, его просят выставить свою кандидатуру в округе в Ниигате, где всегда баллотировался дядя.

– Но разве округ не переходит по наследству дядиному сыну, твоему двоюродному брату[29 - Ситуация, когда престарелый политик перед уходом на покой «пристраивает» сына или племянника, готовя почву для его избрания в их «семейном» округе вместо себя, – весьма распространенное явление в японской политике.