В канун Рождества

Поток воды из водосточного желоба на крыше едва не окатил девочку.

– Думаю, тебе лучше зайти, – сказала Элфрида, – пока ты совсем не промокла.

– О, спасибо! – Франческа мгновенно приняла предложение.

Услыхав мирные голоса и решив, что теперь можно без опаски выходить, Горацио с важным видом спустился по лестнице. Элфрида затворила входную дверь.

– Это мой пес Горацио, – сообщила она.

– Какой симпатяга! Привет, Горацио! Мамины мопсы, когда у нас гость, тявкают целыми часами. Вы не против, если я сниму куртку?

– Нисколько.

Очень разумная мысль.

Франческа расстегнула молнию и повесила куртку на столбик перил. С куртки тут же начало капать на пол.

Девчушка огляделась.

– Я все время думала, какие милые маленькие домики, но внутри никогда не была. – У нее были большие серые глаза, обрамленные красивыми густыми ресницами. – Когда мамочка сказала, что вы тут живете, я дождаться не могла, чтобы прийти посмотреть. Вот и примчалась на велике. Вы не против?

– Ничуть. Только у меня ужасный беспорядок.

– А мне кажется, тут здорово.

Это, конечно, было не так. Мебели маловато, и она не в лучшем виде. Элфрида привезла из Лондона свой любимый и, увы, немного продавленный диван, викторианское кресло, медную каминную решетку, старый письменный стол, лампы, ничего не стоящие картины и уйму книг.

– Я хотела разжечь камин, но еще не успела. Хочешь чая или кофе? Или еще чего-нибудь?

– Спасибо, нет. Я только что выпила кока-колы. А куда ведет вот эта дверь?

– В кухню.

Я тебе покажу.

Элфрида пошла вперед, отодвинула щеколду на деревянной двери и распахнула ее настежь. Кухня была не больше корабельного камбуза. Тут кипел небольшой котел, обогревая весь дом; деревянный шкафчик был полон посуды, под окном помещалась фаянсовая раковина, оставшееся место заполняли деревянный стол и два стула. Еще одна дверь сбоку от окна вела в огород. Ее верхняя часть была застеклена, и был виден вымощенный плиткой дворик, окаймленный узким цветочным бордюром.

Только этот бордюр Элфрида и успела сделать, до клумб дело не дошло. Кое-где между плитами пробивался папоротник, а по соседской стене взбиралась жимолость.

– В такой день, как сегодня, во дворик, конечно, не тянет, но летом приятно будет посидеть в шезлонге.

– Мне у вас нравится. – Франческа с хозяйственным видом окинула взглядом кухоньку. – Холодильника у вас нет. И стиральной машины тоже. И морозильника нет.

– Да, морозильника у меня нет.