В канун Рождества

Расскажи, как что было, пока гость не пришел, а то нам придется слушать только его. Виски? С содовой или с водой? Или со льдом?

– С содовой. А где Джени?

– Крем сбивает.

– А дети?

– Надеюсь, уже в постели. Читают. Иначе – беда.

Нил разлил виски, добавил лед, подал Сэму стакан, а затем, облегченно вздохнув, плюхнулся в одно из удобных кресел, стоящих по обе стороны горящего камина.

– Теперь рассказывай, как прошел ланч.

Сэм опустился в кресло напротив.

– Думаю, все в порядке.

– Ничего неприятного? Никаких намеков на увольнение?

Сэм рассмеялся.

Хорошо, когда не ходят вокруг да около, а сразу приступают к делу. Приятно иметь дело с человеком, которого знаешь почти всю жизнь.

– Как раз наоборот.

– Да ну? Значит, новая должность?

– Ага.

– В Штатах?

– Нет, здесь. В Великобритании.

– А где именно?

Сэм ответил не сразу. Он сделал глоток – виски было холодное, крепкое, с «дымком», потом поставил стакан на столик.

– Ты слышал когда-нибудь о Мактаггертах из Бакли?

– Что? Те самые спецы по твиду из Сазерленда?

– Да.

– Конечно слышал. Любой мало-мальски уважающий себя сельский джентльмен носит охотничий костюм из твида «бакли». У отца был такой, вернее сказать, был и остался. Материал вечный, словно панцирь. Только не говори, что у них плохи дела. – Нил фыркнул, такой невероятной казалась ему подобная мысль.

– Были плохи. Но «Старрок энд Суинфилд» выкупили фирму несколько месяцев назад. Странно, что ты об этом не знал. Или ты не читаешь «Файнэншнл таймс»?

– Читаю ежедневно, но эту информацию пропустил.

Я ведь не занимаюсь текстильной промышленностью. Черт, в голове не укладывается, что Мактаггерт пошел ко дну. – Нил невесело усмехнулся. – Вечная история. Нельзя делать деньги на продукции, которой сносу нет.

– Да, конечно, это одна из трудностей, но были и другие. Они совсем не разнообразили ассортимент. Судя по всему, хозяева были людьми старомодными и не видели необходимости что-то менять. Но даже классический твид не пользуется прежним спросом.

Большие поместья продаются, охотничьи угодья пустеют, и одежду из твида для егерей и лесничих заказывают все меньше. Кроме того, старик Мактаггерт пару лет назад умер, а двое его сыновей семейным бизнесом не интересуются. Один занимается компьютерами, а у другого – огромный гараж на окраине Глазго. И возвращаться на фабрику у них желания не было. Полагаю, жизнь на далеком севере потеряла для них всякую притягательность.