Сон в красном тереме. Том 2

Я и не думала, что второй господин сочтет меня ревнивой и завистливой и предпочтет сделать все тайком, да так, что мне и жаловаться некому на несправедливо причиненную обиду. Лишь Небо и Земля могут понять, что я переживаю! Дней десять с лишним назад, еще перед отъездом второго господина, я узнала об этом, но не осмелилась сказать ему ни слова, ибо боялась, что он ложно истолкует мои слова. Только сейчас, когда второй господин уехал, я решила навестить тебя и принести свои поздравления. Прошу тебя, сестрица, переезжай к нам, будем жить вместе, удерживать второго господина от всяких опрометчивых поступков, заботиться о его здоровье, старательно заниматься хозяйственными делами и выполнять свой долг перед семьей.

Если же ты, сестрица, останешься здесь, сама понимаешь, как я буду себя чувствовать, зная, что ты все время скучаешь по мне! Потом еще люди узнают, и это нанесет ущерб не только моему доброму имени, но и твоему. Впрочем, наша репутация – пустяки, самое главное – уберечь репутацию нашего господина! Что же касается слуг, которые болтают, будто я чересчур жестока, так это явление обычное – слуги всегда недовольны хозяевами. Вспомни, сестрица, ведь с древнейших времен говорят: «Хозяин дома – это кувшин с вонючей водой». Если б я действительно была жестока и не могла уживаться с людьми, как бы меня терпели старшие и младшие сестры, золовки и невестки?.. Пусть второй господин тайком женился на тебе, но, если бы я тебя ненавидела, разве я согласилась бы к тебе приехать?! Ведь это я уговорила второго господина взять в наложницы Пин-эр. Видно, Небо и Земля не захотели, чтобы подлые людишки погубили меня, и поэтому я узнала о тебе! Я хочу просить тебя переехать ко мне – будем с тобой жить, есть и одеваться наравне. Ты умна, и если искренне захочешь помочь мне, я обрету себе еще одну опору. Мы не только заткнем рты подлым людишкам, но и второй господин, вернувшись домой, станет раскаиваться в своей опрометчивости. Я человек независтливый и думаю, что втроем мы прекрасно поладим между собой и я стану считать тебя своей благодетельницей. Если ты не захочешь переехать ко мне, я останусь у тебя, но только прошу тебя замолвить словечко перед вторым господином, чтобы он не отвергал меня и предоставил мне приют. Я охотно буду исполнять все его приказания, даже если он заставит меня прислуживать тебе, помогать умываться и причесываться!

Фын-цзе зарыдала. Эр-цзе тоже расстроилась, и из глаз ее невольно покатились слезы.