Сон в красном тереме. Том 2

– Моя фамилия тоже Хуа, и я выпью вместе с Си-жэнь! – воскликнула тогда Фан-гуань.

Снова осушили по кубку.

– О ты, которой судьба предназначила благородного мужа, – проговорила Дай-юй, обращаясь к Тань-чунь. – Ведь ты вытащила цветок абрикоса, так пей же скорее и не задерживай нас!

– Замолчи! – вспыхнула Тань-чунь. – Сестра Ли Вань, дай ей пощечину, тебе это с руки!

– Ну что ты, мне жалко ее! – возразила со смехом Ли Вань. – И так судьба оказалась безжалостной к ней, не дав благородного мужа, а тут еще бить ее.

Раздался взрыв смеха. Когда все успокоились, Си-жэнь снова собралась бросить кости, но в этот момент кто-то постучал в дверь. Одна из старух вышла осведомиться, в чем дело, – оказалось, тетушка Сюэ прислала своих служанок за Дай-юй.

– Который час? – удивленно спросили их.

– Третья стража, – послышался ответ, – уже пробило одиннадцать.

Бао-юй не поверил и потребовал, чтобы ему подали часы. Оказалось, время действительно близится к полночи.

– Я больше не могу задерживаться, – заявила Дай-юй, вставая. – Мне нужно принимать лекарство.

– Нам тоже пора, – поддержали ее другие.

Однако Си-жэнь и Бао-юй запротестовали, не желая никого отпускать, кроме Дай-юй.

– Так нельзя, – возразили Ли Вань и Тань-чунь. – Время позднее. Засидеться – значит нарушить правила.

– Тогда выпьем еще по кубку и разойдемся, – решила Си-жэнь.

Цин-вэнь и другие разлили вино. Все выпили и приказали зажечь фонари.

Си-жэнь проводила уходящих до «беседки Струящихся ароматов», которая была расположена на берегу речки. Когда она вернулась домой, ворота заперли и игра продолжалась.

Си-жэнь наполнила вином несколько больших кубков, поставила их на поднос вместе с фруктами и закусками и поднесла старым нянькам, находившимся тут же.

Все были навеселе, с увлечением играли в цайцюань, а проигравшие пели песни.

Уже наступило время четвертой стражи, а пир все продолжался. Старые няньки в открытую ели и пили, при всяком удобном случае стараясь стащить что-нибудь со стола.

Когда наконец вино иссякло, служанки убрали со стола, подали чай для полоскания рта, и все разошлись.

Фан-гуань так напилась, что щеки ее раскраснелись, словно их густо покрыли румянами, брови были сдвинуты, глаза сузились. Она выглядела еще более очаровательной, чем обычно. Не в силах двигаться, Фан-гуань спала, бессильно повиснув на плече Си-жэнь.