Наперегонки со счастьем. Для тех, кто потерял смысл жизни

Медленно выезжая, я прислушивался к звукам машины. Всё было как всегда, удивительно.

Жора проводил меня до поворота, развернулся и убежал к хозяину.

И как только я выехал за ворота, я почувствовал, что впереди меня ждёт что-то необыкновенное, но вот что?

Глава 10

Уехать далеко не получилось, через метров 300, когда я только стал набирать скорость, высветилась ошибка – низкий уровень масла.

Подыскивая на обочине кармашек, чтобы съехать с дороги, я сбавил ход и мягко покатился по грунтовке, поднимая облачка пыли.

Заглушив мотор, я вылез наружу, натянул майку на нос, чтобы спастись от пыли, и прошёл к багажнику.

Открыв багажник, я поморщился, бардак был кромешный.

Передвинув рукой сумку со спортивными вещами, я случайно выронил из верхнего кармана протеиновый шейкер, который открылся и растёкся белой жижей по бархатному салону.

Твою ж мать! Выкинув на улицу полупустые бутылки с газировкой, я двумя пальцами взялся за липкий шейкер и, держа подальше ноги от падающих капель протухшего протеина, положил пластиковый шейкер на землю.

Выкидывая бумажные пакеты, в которых когда-то лежали бургеры, я задел свой затёртый под старину рабочий портфель, из которого выглянула кипа бумаг.

Достав портфель, я свободной рукой вытащил наконец-то найденное масло и, обходя машину, закинул портфель на пассажирское.

Я открыл капот, снял колпачок и аккуратно, стараясь не пролить мимо, залил в тонкое отверстие масло.

И как только я закончил, хлопнув капотом, как снова поднялся ветер и моментально забил глаза пылью. Щурясь, я наощупь вернулся к багажнику, закинул масло и поспешил сесть за руль.

Летающие снаружи песчинки с треском задевали кузов и вместе с бумажными пакетами уносились прочь.

Сунув руку в портфель, я нащупал упаковку влажных салфеток и потянул на себя, попутно вытащив с ней ещё несколько бумаг.

Протирая руки и покрасневшие глаза, я потянулся к пассажирскому карманчику, где обычно хранил всякий мусор, и кончиком куртки задел вывалившийся лист.

Опершись рукой о соседнее сиденье, я взял бланк с синим обрамлением и, вернувшись на место, стал читать.

Звуков, кроме всё ускоряющегося сердцебиения, я больше не слышал.

Закрыв глаза и без сил опустив голову на подголовник, я замер, чувствуя, как колышется грудная клетка.

– Господи. – тихо слетело с моих губ.

Губы стали подрагивать, а по щекам потекли слёзы.