Война и мир. Том 1

И господин Бонапарте сидит на троне и исполняет желания народов. О! это восхитительно! Нет, от этого можно с ума сойти. Подумаешь, что весь свет потерял голову.].

Князь Андрей усмехнулся, прямо глядя в лицо Анны Павловны.

– «Dieu me la donne, gare ? qui la touche», – сказал он (слова Бонапарте, сказанные при возложении короны). – On dit qu’il a еtе tr?s beau en pronon?ant ces paroles[69 - «Бог мне дал корону. Горе тому, кто ее тронет». Говорят, он был очень хорош, произнося эти слова.

], – прибавил он и еще раз повторил эти слова по-итальянски: «Dio mi la dona, guai a chi la tocca».

– J’esp?re enfin, – продолжала Анна Павловна, – que ?a a еtе la goutte d’eau qui fera dеborder le verre. Les souverains ne peuvent plus supporter cet homme qui menace tout[70 - Надеюсь, что это была наконец та капля, которая переполнит стакан. Государи не могут более терпеть этого человека, который угрожает всему.].

– Les souverains? Je ne parle pas de la Russie, – сказал виконт учтиво и безнадежно.

 – Les souverains, madame! Qu’ont ils fait pour Louis XVI, pour la reine, pour madame Elisabeth? Rien, – продолжал он одушевляясь. – Et croyez-moi, ils subissent la punition pour leur trahison de la cause des Bourbons. Les souverains? Ils envoient des ambassadeurs complimenter l’usurpateur[71 - Государи? Я не говорю о России. Государи! Но что они сделали для Людовика XVI, для королевы, для Елизаветы? Ничего. И, поверьте мне, они несут наказание за свою измену делу Бурбонов. Государи? Они шлют послов приветствовать похитителя престола.].

И он, презрительно вздохнув, опять переменил положение. Князь Ипполит, долго смотревший в лорнет на виконта, вдруг при этих словах повернулся всем телом к маленькой княгине и, попросив у нее иголку, стал показывать ей, рисуя иголкой на столе, герб Конде. Он растолковывал ей этот герб с таким значительным видом, как будто княгиня просила его об этом.

– B?ton de gueules, engr?le de gueules d’azur – maison Condе[72 - Палка из пастей, оплетенная лазоревыми пастями, – дом Конде.], – говорил он.

Княгиня, улыбаясь, слушала.

– Ежели еще год Бонапарте останется на престоле Франции, – продолжал виконт начатый разговор, с видом человека, не слушающего других, но в деле, лучше всех ему известном, следящего только за ходом своих мыслей, – то дела пойдут слишком далеко.