Хрупкое равновесие

У тех, кто хотел работать с ней, не хватало умения шить одежду на экспорт. Дина видела их продукцию – кривые воротнички, неровные швы, разные рукава. А те, что были помастеровитее, хотели работать у себя дома. Но у миссис Гупта было строгое правило: работа должна проходить под надзором подрядчика. И никаких исключений, даже для подруги Зенобии, ведь выкройки «Оревуар» держались в секрете.

Все, что могла сделать Дина, – это написать свой адрес на бумажных квадратиках и оставлять их в магазинах, где продавали приличный товар.

«Если вы знаете кого-то, кто хорошо шьет и нуждается в работе, присылайте его ко мне», – говорила она. Большинство хозяев выбрасывали адрес сразу после ее ухода. Некоторые сначала туго скатывали бумажку, ковыряли ею в ухе, а уж потом избавлялись от нее.

Зенобия тем временем нашла еще вариант для Дины – пустить жильца. И потребуется всего ничего – кровать, шкаф, ванна, ну и еще готовить еду – не намного больше, чем для самой.

– Ты имеешь в виду жильца с пансионом? – спросила Дина.

 – Ну уж нет. Такой квартирант – настоящий геморрой. Я помню тот случай в «Фиросша Бааг». Что пережили эти несчастные люди!

– Не будь параноиком! Ты же не пустишь мошенника или психа домой. Подумай о ежемесячной квартирной плате – гарантированном доходе.

– Ты с ума сошла! Не хочу рисковать! Рассказывают, что многих стариков и одиноких женщин изводили таким образом.

Но по мере того, как таяли ее скудные сбережения, Дина понемногу сдавалась. Зенобия ее заверила, что квартиру они сдадут надежному человеку, лучше тому, кто имеет свой дом, а в городе бывает наездами.

– Ты ищи портных, а я займусь жильцом, – предложила она.

Дина по-прежнему оставляла свои координаты в магазинах, но границы поисков расширила и теперь ездила на поезде по северным окраинам – в этих местах она ни разу не была за свои сорок два года. Часто в пути поезд задерживался из-за процессий и демонстраций против правительства. Иногда она хорошо видела с верхнего этажа автобуса шумные толпы.

Люди несли плакаты, обвиняющие премьер-министра в плохом руководстве и коррупции и призывающие ее уйти в отставку на основании судебного решения о нечестных выборах.

«А станет ли лучше, если премьер-министр уйдет со своего поста?» – думала Дина.

Однажды вечером, когда пригородный поезд остановился у семафора, Дина увидела в окно, как за железнодорожным заграждением из проходящей под землей канализационной трубы бьет струей черная жижа.