Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия

Услыхав это, я был тронут до глубины души и почувствовали к ней нежность, в силу исполнения предопределения Всевышнего, которому мы приписываем могущество и славу. Я взял ее, одел, устроил ей очень хорошенькое помещение на судне и стал ласково и внимательно обращаться с ней.

Мы подняли паруса, и я так привязался к своей Акене, что из-за нее пренебрегал обществом братьев, которые вследствие этого стали меня ревновать и даже завидовать моему богатству и обилию моих товаров, глядя завистливым оком на мое положение.

Они сговорились убить меня и взять мое имущество, сказав:

– Убьем брата и возьмем себе все его состояние.

И дьявол представил им этот поступок в хорошем виде. Они пришли ко мне в то время, как я спал рядом с женой, и, взяв нас обоих, бросили в море.

Но лишь только жена моя очнулась, она ударилась и превратилась в ведьму и тотчас же, ухватив меня, перенесла на остров и на некоторое время исчезла. Но утром она вернулась и сказала мне:

– Я – жена твоя, которая перенесла тебя и спасла от смерти с позволения Аллаха, да будет славно имя Его.

Знай, что я – ведьма: я увидала тебя и по милости Аллаха полюбила, так как я верю в Аллаха и Его апостола, да спасет и прославит его Господь! Я явилась тебе в том виде, в котором ты меня видел и женился на мне, и вот теперь я спасла тебя от смерти. Но я возмущена против твоих братьев и хочу убить их.

Услыхав ее рассказ, я был удивлен и поблагодарил ее за то, что она мне сделала.

– Что же касается до убийства моих братьев, – сказал я, – то я этого вовсе не желаю.

После этого я рассказал ей от начала до конца все, что произошло между мною и ими, и она, услыхав мой рассказ, сказала, что на следующую же ночь полетит к ним потопить судно и сгубить их.

– Ради Аллаха, – сказал я, – умоляю тебя этого не делать, так как составитель поговорки говорит: «О, ты, благодетель человека, сделавшего зло, знай, что самое это зло есть достаточное для него наказание». И кроме того, они – все-таки мои братья.

– Они должны быть убиты, – продолжала она настаивать, а я продолжал умиротворять ее, и, наконец, она подняла меня, и полетела со мною, и поставила меня на крышу моего дома[26 - Крыши в арабских домах по большей части плоские, так что летом на них очень удобно спать, и из комнаты на них есть выход.].

Отворив дверь, я выкопал то, что было зарыто у меня в земле, поздоровался с соседями и, купив товары, открыл лавочку.