Врата скорби – 5. Книга пятая: Повелители огня

И он обещал, что все будет нормально…

* * *

– Начиная… – сказал Шишани – мне бы хотелось по традиции спросить, не желает ли кто вести это собрание вместо меня

Один из собравшихся поднял руку

– Слово имеет почтенный Аш-Абдали – объявил Шишани

– Нисколько не сомневаясь в мудрости и честности почтенного шейха Шишани… – сказал правитель Лахеджа – прошу передать право ведения собрания мне, ибо то, что будет на нем сказано, касается, прежде всего, наших, забытых Аллахом земель…

– Аллах забывает земли тех, кто прежде забыл его! – нагло сказал шейх Яшид…

Касим глянул коротко и зло на этого, похожего не злую собачонку человека – он даже ростом был ниже всех собравшихся.

Точь-в-точь собачонка: кудлатая борода, злые, навыкате глаза. Интересно, чем подкупил его Абу?

Или это не Абу, а новый глава пробританской партии? Или Абдали и сам является этим новый главой?

– Громко лает тот, кто не в силах укусить! – вернул оскорбление Абдали. Оскорбление тоже было страшным – сравнение с собакой, нечистым животным позор для любого мусульманина…

Шишани поднял руки

– Во имя Аллаха… Если брат желает занять мое место – я с радостью уступлю ему его.

Прошу, уважаемый…

В чьей-то руке – треснул, не выдержав карандаш. Касим просчитывал ситуацию – что это? Попытка новой, пробританской оппозиции взять ведение собрания в свои руки? Или это люди Абу мутят воду?

Как знать…

– Благодарю…

Абдали переместился на место во главе стола, патетически поднял руки.

– Да будет Аллах свидетелем моим честным намерениям… – патетически поднял он руки – все мы знаем, для чего мы собрались здесь сегодня и какие бедствия – одолевают нашу родную землю.

Я сам, признаюсь, имею, что сказать на это, но если кто пожелает сказать до меня, я с радостью уступлю им слово…

Палец – поднял сам Абу…

– Слово имеет наш почтенный брат Абу-хаджи… – объявил Абдали

Абу заговорил, не поднимаясь со стула, потому что говорить и стоять на ногах одновременно – для него было чересчур тяжелым занятием…

– Пусть Аллах будет свидетелем моим словам… – тяжело отдыхиваясь моим словам – и да покарает он меня своей волей, если я хоть в чем-то солгу, все мы и в самом деле знаем, для чего мы здесь собрались.

Все мы – суверенные правители своих вотчин и с детства справляем свои неотъемлемые права, подкрепляемые и подтверждаемые не менее тяжкими обязанности заботиться о благе народа и держать в том ответственность перед Аллахом Всевышним.