Свобода

– Если Патти не предпочитает черный, – заметил Ричард, стоя в дверях.

– Никогда об этом не думала, – ответила она. – Черный – это интересно.

– По-моему, очень успокаивающий цвет, – сказал Ричард.

– Так ты уезжаешь в Нью-Йорк.

– Да.

– Круто. Когда?

– Через две недели.

– О, я тоже в это время еду туда же. У родителей двадцать пятая годовщина свадьбы. Планируется какое-то омерзительное Празднество.

– Ты из Нью-Йорка?

– Уэстчестер.

– Я тоже. Хотя, видимо, из другой его части.

– Мы жили в пригороде.

– Определенно это не Йонкерс.

– Я кучу раз проезжала там на автобусе.

– Именно.

– И ты едешь в Нью-Йорк на машине? – спросила Патти.

– А что? Тебя надо подвезти?

– Возможно. Это предложение?

Он потряс головой:

– Мне надо об этом подумать.

Глаза бедняги Уолтера закрывались, и он в буквальном смысле слова не видел этого разговора. У Патти перехватывало дыхание от чувства вины и смущения, и она торопливо заковыляла ко входной двери, откуда и поблагодарила его за приятный вечер.

– Прости, что я так устал, – сказал он. – Тебя точно не отвезти?

– Я ее отвезу, – сказал Ричард. – Иди ложись.

Уолтер выглядел очень несчастным, но, возможно, он просто очень устал. Снаружи был прекрасный воздух, и Патти и Ричард в молчании дошли до его старой “импалы”.

Ричард, казалось, старался не прикасаться с ней, пока она усаживалась. Патти протянула ему свои костыли.

– А я думала, у тебя фургон, – сказала она, когда он уселся рядом.

– У Эрреры есть фургон. Это мой личный транспорт.

– Значит, так я поеду в Нью-Йорк.

– Да, слушай. – Он вставил ключ в замок зажигания. – Ты уж либо рыбачь, либо снимай наживку. Понятно? Это нечестно по отношению к Уолтеру.

Она уставилась прямо на ветровое стекло.

– Что нечестно?

– Давать ему надежду.

– Вот как ты обо мне думаешь.

– Он удивительный человек и очень, очень серьезный. С ним надо обращаться бережно.

– Я знаю, – сказала она.

– Хорошо, и зачем вы сюда пришли? Мне показалось…

– Что? Что тебе показалось?

– Мне показалось, что я чему-то помешал. Но когда я попытался уйти…

– Ну ты и сволочь.

Ричард кивнул, как будто ему было совершенно наплевать на то, что она о нем думает, или как будто он устал от глупых женщин, говорящих ему глупости.

– Когда я попытался уйти, – сказал он, – ты как будто не поняла намека. Ладно, дело твое.