А также их родители

По-моему, самое удобное – не делать вообще ничего.

Завуч поймала в школьном дворе похожего на Джельсомино в стране лжецов Сандро и заодно поманила меня пальцем.

– Или вы его приведете в порядок, – ласково предупредила она, – или я сама отрежу ему ножницами вот здесь, и придется вам его стричь под ноль.

– Ребенок – драмер и рокер, – еще ласковее возразила я, и тревожно-вопрошающие глаза Сандрика наполнились благодарностью. – И хиппи, чуть не забыла.

Завуч отпустила Сандрикины кудри и по инерции продолжила:

– Какой еще в школе может быть рокер… и хиппи.

И замолкла. Обычно матери ведут себя более сговорчиво.

Я улыбнулась во всю мощь своих шестидесяти четырех зубов. Завуч осмотрела нас сверху донизу и пустила ядовитый газ:

– Вообще-то я бы на вашем месте посмотрела на его успеваемость.

Сандро побледнел и сник. То есть если бы он учился прилежно, ему бы разрешили ходить лохматым? Или наоборот – когда его постригут, он начнет учиться как подорванный?

Вечная дилемма – быть на стороне детей или социума!

– Я не хочу стричься, – угрюмо повторяет Сандро.

 – Каждый раз ты меня обманываешь, что будет круто, а потом в зеркале – мексиканская звезда! Я же рокер!

Свободу самовыражения рокера я отстаивала до тех пор, пока в одно превосходное утро расческа не сломала себе зубы в его буйных кудрях.

– А причесываться рокеру тоже западло?! Все, будем приводить вас в порядок, – решила я и отвела его к парикмахеру Лене, заодно прихватив под горячую руку и Мишку.

Он потянул за собой Марину, и в салон ввалилась нервная толпа.

Сандро сел в кресло мрачный, как граф Дракула, и не проронил ни слова.

– Пусть его Гарик пострижет, – испугалась Лена и пошла работать с Мишкой.

Зря она это сделала.

Мишку обслуживали восемь человек, сменяя друг друга и в перерывах убегая пить холодное пиво. Мальчик строил мученические рожи, как будто его не стригут, а эпилируют. Бедная Лена чуть не откромсала себе пальцы.

Под конец мальчик-подмастерье держал Мишкину драгоценную голову на весу, Марина на все лады расписывала, какой он стал красавчик, я нервно прихлебывала третью чашку кофе, Сандрик тыкал брату под нос каталог с чужими крашеными патлами, а Лена, чертыхаясь, пыталась ровно выстричь затылок.

Мишка посмотрел на себя в зеркало, потер нос через накидку и стал похож на детеныша йети.

– Мине падходит, – надменно выдал он вердикт, и все рухнули.