Оскар и Розовая Дама и другие истории (сборник)

Она сцепила руки у меня за спиной, не вырваться, и вообще мокро, и вдруг без предупреждения эта Сандрина сбагривает мне свою жвачку. От удивления я ее целиком проглотил и рассвирепел.

В этот самый миг мне на плечо легла чья-то рука. Да уж, несчастье никогда не приходит в одиночку: явились родители. Я совсем забыл, что нынче воскресенье.

– Оскар, познакомь нас со своей подружкой.

– Это не моя подружка.

– Все же познакомь нас.

– Сандрина.

Мои родители. Сандрина.

– Очень приятно с вами познакомиться, – пропела Китаянка со сладкой улыбкой.

Так и придушил бы ее.

– Оскар, хочешь, чтобы Сандрина пошла с нами в твою палату?

– Нет. Сандрина останется здесь.

Оказавшись в постели, я почувствовал усталость и немного вздремнул. Все равно я не хотел с ними разговаривать.

Когда я проснулся, оказалось, что они натащили мне подарков. С тех пор как я застрял в этой больнице, родителям стало трудно разговаривать со мной, вот они и тащат мне разные подарки, и мы портим день чтением всяких правил игры и способов употребления.

Мой отец бесстрашно набрасывается на инструкции, будь они даже на турецком или японском, его не запугаешь, хлебом не корми, дай повозиться со схемой. Если надо убить воскресенье, то тут он просто чемпион мира.

Сегодня он принес мне СД-плеер. Тут уж я не мог привередничать, даже если б возникло такое желание.

– А вчера вы не приезжали?

– Вчера? Почему ты спрашиваешь? Мы же можем только по воскресеньям. С чего ты это взял?

– Кто-то видел вашу машину на стоянке.

– Ну конечно, на всем белом свете есть один-единственный красный джип. Они же все на одно лицо.

– Ага. В отличие от родителей. А жаль.

Этим я просто пригвоздил их к месту. Тут я взял плеер и прямо у них на глазах дважды, без остановки, прослушал диск со «Щелкунчиком».

Им пришлось провести два часа без единого слова. Так им и надо.

– Тебе нравится?

– Угу. Меня тянет ко сну.

До них дошло, что пора уходить. Им было страшно не по себе. Они все переминались с ноги на ногу. Я чувствовал, что они хотят мне что-то сказать, но слова не идут с языка. Было приятно видеть их терзания, пришел их черед.