Три твоих имени

Вечером, когда Ритка засыпает дома, уткнувшись в Гелькино плечо, перед ней тянется бесконечная цепочка петелек, одна за другой, одна за другой… «И вовсе не навозная муха моя мамка, – сонно думает Ритка. – И вовсе она у меня красивая. Ее только умыть и накрасить. Я вырасту, научусь, свяжу ей кружевную шаль… козявую…»

Глава 4

Как сберечь здоровье

Мир устроен очень просто.

В центре мира стоит деревня Большая Шеча. Одна сторона наша, вот эта, а та сторона – чужая, там Сосновка. Дачники приезжают и смеются: как это у вас две стороны деревни по-разному называются? А так всегда было, с самого начала жизни.

От Сосновки проулок, там и вовсе Загибаловка, и живут там неведомые загибаловцы, Риткины односельчане с ними не дружат.

В одну сторону от деревни луга, там клубника растет дикая. В другую сторону – безымянные овраги тянутся и речка течет по имени Шечка, а самый главный овраг называется Каменный лог. По низу лога течет ручей, туда татка коров водит на водопой.

Еще в мире есть Средняя Шеча, сразу за Большой, если по дороге ехать.

Ее крыши виднеются за полем.

В этот мир откуда-то приезжают каждое лето дачники, и два раза в день проходит по деревне зименский автобус.

Ритка никогда не задумывалась, откуда дачники и почему автобус зименский. Так было, так есть и так будет во веки веков.

Утром Ритка просыпается поздно. Татка стадо погнал, хотел Ритку с собой взять, да пожалел вдруг. Пусть поспит еще Ритка.

– Только приходи в обед, а то скучно мне без тебя, – гудит татка над Риткиным ухом.

Так что собирается Ритка.

А Гелька за ней ходит, ноет:

– Я дома одна не останусь, с тобой пойду, только давай поедим сначала, и хлеба еще с собой возьмем!

Мамки дома нет, но у Ритки и Гельки праздник: в подпечке стоит пузатенький чугунок с мелкой вареной картошкой в мундире. Картошка вся в глазках и бочки у нее зеленые. Гелька таскает картошку прямо из чугунка, а Ритка делает себе кушанье по-взрослому. Картошку режет краешками в эмалированную миску, солит и подсолнечным маслом поливает.

Вкусно. Гелька всухомятку пузо набила, теперь в Риткину тарелку тянется.

– Сама накроши, – сердито отпихивает ее Ритка.

– Я ножа боюсь, порежусь, – ноет Гелька.

Вот же горюшко. Ритка крошит еще картошки, в две алюминиевых липких кружки наливает воды:

– Завтракай, Гелька. Сейчас к татке пойдем, будем искать, куда он сегодня стадо погнал.

Гелька чавкает картошкой, и Ритка царапает вилкой уже по дну.