cнарк снарк: Снег Энцелада. Книга 2

Лекция закончилась, народ разошелся, волонтеры собрались, но уехать у них не получилось – начался сильный дождь, и поисковики решили переждать до утра. Роман устроил их в библиотеке клуба, возвращаться домой не хотелось, и он остался с поисковиками. Пили чай, ели бутерброды и лапшу, девушка, та, что вела встречу с жителями, захотела покурить. В библиотеке было нельзя, и Роман повел ее на пожарный пост, к ящику с песком.

Они сидели на ящике и курили, сразу за жестяной крышей гремела гроза. Девушка нервничала от жестяного грохота, тогда Роман решил с ней поговорить и спросил, что самое сложное в поиске.

Девушка ответила, что привыкла уже и ничего особо сложного нет. И замолчала. Докурила, и сигареты у нее закончились, Роман угостил своими.

Девушка долго курила, покашливая, потом спросила, хочет ли он узнать самое страшное?

Люди пропадают, сказала девушка. Ведется статистика, разбивка по годам, по временам года, известно, сколько пропадают зимой, сколько летом. Известны основные причины исчезновений, сколько теряются в лесу и тонут, известно количество попавших в рабство, известна доля маньяков и число тех, кто теряет память.

Из этого складывается некоторая сумма, которая мало меняется от года к году. Но реальное количество пропавших больше. И эта разница слишком велика, чтобы списать ее на погрешность или ошибку в подсчетах. Куда исчезают те, кто не попадает в эти причины, – неизвестно. Люди выходят из дома на работу – и не возвращаются. Бесследно. Навсегда.

– Каждый год в России исчезают тысячи, – сказал я.

– В этом и дело. Люди пропадают. Словно растворяются…

– И что? – спросил я. – Этому наверняка есть объяснение.

– Дело в том, что как раз нет. Объяснений нет.

Роман взболтал остатки пива, но пить не стал, отодвинул. Правильный официант незаметно поменял пустую кружку на новую, Роман отхлебнул и продолжил:

– Есть нечто… Я не могу это точно сформулировать…

Роман потер лоб.

– Это когда тебе кажется все предсказуемым, а потом вдруг ты осознаешь, что это не та предсказуемость.

Точнее, не для тебя, ты с облаками ничего поделать не можешь, это все на уровне предчувствий…

Я не очень понял, что он хотел сказать. Роман стал нервно мять пальцы. Раньше он с одного бокала пива не напивался. И раньше он ходил с шашкой.

– С какими облаками? – спросил я.

– Ну, это давно было… Я зверобой собирал для чая, гляжу – облака. Белые и словно на булавки приколоты, ненастоящие, кусочки ваты.