Бабка Котяжиха

И все сорок дней, пока о Дуняше молиться станут, ты к ним не ходи, и ничего плохого не думай, жди. А потом и увидишь что будет.

Всё сделала Марийка, как велела бабка Котяжиха, и домой вернулась. Стала ждать.

А муж Марийкин с ума сходит, ночью с Дуняшей ему хорошо, ночная-то кукушка, всем известно, дневную перекукует, а днём, как на работу-то идёт, сердце его о Марийке болит да о девчонках, о сыночке всё думает, который скоро народиться должен. Всё умом понимает, а ноги сами к Дуняшкиному дому его вечером ведут.

А Дуняшке хоть бы хны, живёт да радуется. Встретит чужого мужа вечером, накормит досыта, да в постель уложит, ублажает его всю ночь.

– Вот и на моей улице праздник, – ухмыляется.

А Марийка издалека на мужа своего глядит, похудел тот, осунулся, сам не свой стал. Плачет Марийка, жалеет мужа, а сделать ничего не может, помнит наказ бабки Котяжихи – ждать сорок дней и помалкивать.

И вот проходит срок. Пошёл муж Марийкин на работу, и в тот день случилось с ним вот что – ненароком попал он себе топором по пальцу, да и отрубил половину.

Кровь хлестала так, что еле уняли. Помогли ему мужики, перевязали тряпицей. И в этот момент, как очухался он вдруг, будто пелена с глаз его упала! Словно проснулся он от глубокого сна. В тот же день вернулся он домой, к Марийке и детям, прощения просил, в ногах валялся, и простила его, конечно, Марийка, ведь любила она его очень. Стали жить они снова в любви и согласии, старались про то, что было не вспоминать.

А бабка Котяжиха вот что сказала:

– Сделала Дуняшка твоему мужу приворот на женскую кровь, опоила его по чьёму-то навету.

Знаю я кто её научил, получит она ещё своё. А как муж твой палец себе рубанул, так дурная кровь-то из него и вышла!

Спустя какое-то время видят деревенские – Дуняшка ходит чернее ночи, что такое? Оказалось, дочка её единственная заболела. Хворь неведомая с ней приключилась. Начала она быстро расти, телом-то в длину тянется, а внутренности не успевают следом расти. Стала девочка чахнуть, то одно с ней, то другое, слепота пошла… Прибежала Дуняшка к бабке Котяжихе, плачет, в ноги упала:

– Помоги!

А бабка сурово на неё глянула, да и ответила:

– Не могу я тебе помочь, Дуняша! Грех ты большой на душу взяла, мужа чужого приворотным отваром напоила, оттого и расплачиваешься сейчас.

Одно скажу тебе, коли хочешь дочку спасти – уезжай отсюда. Если тут останешься, потеряешь ты ребёнка.

В тот же день заколотила Дуняшка ставни, заперла дверь, и уехала с дочкой в город.