Самый ветреный на свете ОСТРОВ

Консервные банки обязательно прокаливают на костре, прежде чем бросить в помойку. Стеклянные банки не бьют, забирают с собой – под осенние заготовки.

Роют землянку, накрывают стволами, ветками, присыпают землей. Это погреб для продуктов, которые нужно хранить в холоде.

А еще ставят продуктовую палатку – там крупы, макароны, овощи, конфеты, хлеб, мука и все-все-все.

Деду с бабкой, опытным волжским промысловикам, конечно, еще поучиться у этих «ботанов». Во всяком случае, дед теперь обустраивает сортир – не так круто, как соседи, но все-таки теперь не опасно отойти от палатки даже среди ночи.

И помойка обустроена. Рыбные отходы, конечно, как и прежде идут прямиком в Волгу-матушку, но остальное теперь тоже закапывается. Подальше от греха. Место хорошее, с соседями портить отношения не резон. А они не слепые.

И с внучкой стало полегче: ей теперь есть с кем вечером, после трудов, отдохнуть, развлечься, поговорить, посмеяться. А то у нее каждое лето – одно и то же. У всех каникулы, а она, как проклятая, на рыбопромысле – иначе это не назовешь.

Ирка. Остров. То самое лето

Как я уже говорила, на острове все оказалось почти так, как они рассказывали.

Быт оказался совсем не страшным. Работу по кухне делали все по очереди, по графику. Весь день, например, с раннего утра кашеварит одна женщина. Ее задача: приготовить завтрак, обед и ужин. В помощь ей назначается помощник – таскает воду, разжигает огонь, готовит посуду, накрывает на стол и так далее.

Посуду после еды моют все дети – они уже между собой разбираются, кто, что и сколько.

Остальные – свободны! Другое дело, как распорядиться этой свободой. Я там никого не знала, но встретили меня по-родственному, будто ждали всю жизнь. На кухню назначили в последнюю очередь, и все толклись рядом, готовые броситься на помощь по первому намеку. Очень быстро я освоилась и стала полноправным членом компании.

Скучно там не было ни одной минуты, только смотри кругом. Возьмем Алку, это жена чудика в ватнике.

Ведет себя так, будто она писаная красавица. А на самом деле ничего особенного из себя не представляет, просто чувырла. Она не бочонок, нет, не такая уж толстая. Да и совсем не толстая, если честно, просто цилиндрик с ручками и ножками, ни талии, ни бедер. Там, где у женщины грудь, у нее два прыщика. Ноги – да. Длинные и стройные, этого у нее не отнимешь.

Алка могла бы шикарно одеваться, оставляя на всеобщее обозрение только ноги.