Заповедник и другие истории

Мой неотесанный Шолохов оплачен и запускается в производство.

    Целую. Ваш Евгений Рейн

Восток есть восток

Мне позвонил драматург Александр Володин:

– Сергей, хотите заработать?

– Очень, – сказал я.

– Жду вас на Ленфильме. Приехали двое из Тбилиси. Члены ЦК комсомола Грузии. Окончили в Москве сценарные курсы. Имеют предписание – снять дипломную художественную короткометражку на Ленфильме.

– А я-то при чем?

– Сценарий ужасный. Надо его переписать. Тут уже составляют договор.

Вы будете третьим соавтором. Заработаете рублей четыреста.

– Ого!

Я приехал на Ленфильм. Грузины производили сильное впечатление. Это вам не Аристархов! Замшевые куртки, джинсы, ковбойские сапожки… Один представился:

– Джон.

Второй сказал:

– Гриша.

Сценарием они были вполне довольны. Попытку Ленфильма навязать им соавтора восприняли мужественно. Это взятка, решили они, которую необходимо дать студии. То есть все правильно. В грузинских традициях.

Я быстро прочитал сценарий.

Действительно, жалкое произведение. Дорожная кутерьма с пощечинами. Уцененный Чаплин.

– Картина будет немая, – сказал Джон, – в манере тридцатых годов.

Гриша украдкой заглянул в какие-то бумаги, страшно напрягся и произнес:

– В рамках обусловленного молчания…

Мы уединились, чтобы все обсудить. Джон и Гриша вели себя миролюбиво. Я был неотвратимым злом, той данью, которую гений вынужден платить современному обществу.

C нами заключили договор. Я взял экземпляр сценария, чтобы дома его переписать.

На прощание грузины сказали:

– Мы по своим убеждениям джасис-сс-с…

– Кто? – не понял я.

– Джасис-сс-с…

Я растерялся: «Джазисты, что ли?…»

– Кто? – еще раз спрашиваю.

– Джойсисты, последователи Джойса, – объяснил сообразительный Володин.

Вот уж не подумал бы, читая сценарий. Начинался он так:

«Большой вагон. Сидит Гурам. Билета нет…»

Неделю я переписывал сценарий. В моей редакции он назывался:

«Ослик должен быть худым».

Первые кадры были такие. С нарастающим шумом мчится поезд. Неожиданно замедляет ход. Тормозит. Из окна высовывается машинист. Терпеливо ждет. В чем дело? Камера приближается. Через рельсы переползает майский жук…

Володин текст одобрил.

– Неплохо, – сказал он, – даже здорово!

Я встретился с грузинами. Они внимательно читали текст, передавая друг другу страницы.

Наконец Джон сказал:

– Хороший сценарий. Не хуже того, что был.