Другая страна

 – Да ты в любое время можешь склонить голову мне на плечо. Когда пожелаешь, детка. Оно для этого и существует. – И еще раз ласково, с затаенной гордостью погладил ее по голове. Официант тем временем унес пустые бокалы.

Вивальдо обратился к Ричарду:

– Когда можно прочитать твой роман? Меня гложет зависть. Хочу узнать, стоит ли он того.

– Ну, если ты так заговорил, негодяй, подожди немного – купишь в книжном магазине.

– Или возьмешь в библиотеке, – прибавила Кэсс.

– Ладно, без дураков, когда можно прочесть? Сегодня? Завтра? Он длинный?

– Больше трехсот страниц, – ответил Ричард.

 – Приходи завтра, сам увидишь. – И повернулся к Кэсс. – Иначе его не заманишь. – Потом прибавил: – Ты совсем не приходишь к нам, как бывало. Что-нибудь случилось? Мы по-прежнему любим тебя.

– Ничего не случилось, – сказал Вивальдо. Он явно колебался, говорить или нет. – Цапались с Джейн, потом вконец разругались и… даже не знаю. Работа не шла и еще… – он метнул взгляд на Руфуса, – всякое другое. Много пил и шлялся вместо того, чтобы брать пример с тебя и усердно работать над книгой.

– А она продвигается?

– Да как сказать… – Вивальдо опустил глаза и глотнул из рюмки, – через пень-колоду. Видимо, писатель из меня неважный.

– Вот негодяй, – весело отозвался Ричард.

Он стал опять похож на того преподавателя английского языка и литературы, которого Вивальдо боготворил, ведь тот первый заговорил с ним о важных вещах, первый, кто принял его всерьез.

– Я очень рад, – проговорил Вивальдо, – честное слово, очень рад, что ты свалил с себя этот чертов груз и что роман удалось удачно пристроить.

Верю, что ты разбогатеешь.

А Руфус вспомнил дни и ночи, когда он работал на подиуме и к нему подходили люди, благодарили его и предсказывали ему блестящее будущее. Тогда они только раздражали его. Зато сейчас он мечтал оказаться на месте себя прежнего и чтобы кто-нибудь смотрел на него так, как Вивальдо – на Ричарда. На лице Вивальдо любовь и признательность боролись с сомнением.

Он был искренне рад успеху Ричарда, хотя и предпочел бы сам оказаться на его месте, и в то же время задавался вопросом, какого порядка этот успех. Похожее выражение Руфус видел и в устремленных на него тогда взглядах гостей клуба. Им хотелось знать, откуда проистекает сила, приводящая их в такое восхищение. В глубине души они изумлялись и задавали себе вопрос, не убивает ли он себя.

Вивальдо отвел глаза, уставился в рюмку и закурил сигарету.