Такое долгое странствие

 – И уже повернувшись, чтобы уйти к себе, добавила: – Кстати, теперь вы видите, как прав был хвост моей ящерицы?

– Что вы имеете в виду?

– Ваш ужин. Его испортила ссора. И электричество выключилось. То, что курицу зарезали прямо у вас в доме, – очень несчастливый знак. Проклятье предсмертного крика осталось под вашей крышей.

– Это была идея Густада, – сказала Дильнаваз.

Пока она возвращалась домой, в ее сонном мозгу все время маячила чудная параллель между курицей и мстительными, вызвавшими пневмонию рыбками и птицами Дариуша.

Бедная мисс Кутпитья, подумала она, какая печальная судьба.

Торопясь снова лечь в постель, она не заметила писем на столе Густада.

II

Дильнаваз еще спала, когда Сохраб проснулся и нашел отцовские письменные принадлежности на столе, где тот оставил их после долгой ночи воспоминаний и размышлений. Поминки по канувшим в прошлое дням и умирающим надеждам закончились, лишь когда мутный свет занимавшегося утра добрался до Густада, отдававшего дань выпитому ром-пиву.

Разглядывая перьевую ручку, Сохраб удивился: почему отец продолжал пользоваться этим рудиментом? Он тоже долго не мог уснуть, страдая от обиды, от услышанных резких слов и душевного смятения – может, он сам во всем виноват? Ответ на этот вопрос был непрост, искать его следовало в огороде прошлого, где память вскапывала и заново засаживала делянки по собственному выбору. Зерно Сохрабовых тревог проросло давным-давно, задолго до вчерашнего вечера, еще тогда, когда его родители обнаружили, как легко их первенцу все дается: и дома, и в школе, и в работе, и в играх.

Казалось, нет ничего, чего бы не сумел сделать Сохраб, причем сделать отлично. Шла ли речь об арифметике, уроках творчества, гуманитарных науках, он каждый год получал несколько премий в день вручения наград. Постоянно завоевывал он и призы за ораторское мастерство и участие в дебатах. С межшкольного соревнования театральных кружков спектакль, в котором он участвовал, увез главный трофей. На конкурсах изобретателей его экспонаты занимали первые места. И вскоре Густад и Дильнаваз уже не сомневались, что сын у них особенный.

Поэтому, естественно, когда Сохраб проявил интерес к авиамоделированию, Густад уверовал, что сын станет авиаинженером. Модели знаменитых зданий в миниатюре, выполненные Сохрабом, навели Густада на мысль, что сына ждет будущее блестящего архитектора.