Трудно быть человеком

Это была молодая особь женского пола с короткими розовыми волосами, закругленным кусочком серебра в носу (как будто эта область лица нуждается в дополнительном внимании), тонкими оранжево-розовыми шрамами на руках и тихим грудным голосом, который словно бы намекал, что каждая мысль в ее голове – страшная тайна. На девушке была футболка с надписью: «Все было прекрасно (и совсем не больно)». Ее звали Зои. Она сразу мне об этом сообщила.

Мир как воля и представление

А потом спросила:

– Новенький?

– Да, – сказал я.

– Дневной?

– Да. Я бодрствую в светлое время суток.

Она рассмеялась, и ее смех совсем не походил на ее голос. От такого смеха хочется, чтобы перестал существовать воздух, по которому распространяются и достигают ушей эти безумные волны.

Успокоившись, она объяснила:

– Нет, я спрашиваю, вы здесь постоянно или приходите только на день? Как я? На добровольной основе.

– Не знаю, – сказал я. – Вряд ли я долго тут пробуду.

Понимаете, я не сумасшедший. Я просто немного запутался. Столько всего в голове. Многое надо сделать. Столько дел завершить.

– Я вас где-то видела, – сказала Зои.

– Правда? Где же?

Я просканировал помещение. Здесь становилось неуютно. Семьдесят шесть пациентов и восемнадцать сотрудников. Абсолютно лишние зрители. Пора выбираться отсюда.

– Вас по телику не показывали?

– Не знаю.

Она усмехнулась.

– Возможно, мы друзья на Фейсбуке.

– Ага.

Зои почесала свое жуткое лицо.

Мне стало интересно, что там под кожей. Вряд ли что-то более мерзкое. Тут ее глаза округлились от внезапного озарения.

– Нет. Я знаю. Я видела вас в универе… Вы ведь профессор Мартин! Легендарная личность! А я из Фицуильяма. Встречала вас в колледже. В нашей столовке кормят получше, чем здесь, верно?

– Вы одна из моих студенток?

Зои снова рассмеялась.

– Нет-нет. С меня хватило школьной математики. Нудятина редкая.

Это меня разозлило.

– Нудятина? Разве можно так говорить о математике? Математика – это всё!

– Ну, мне виделось по-другому. В смысле Пифагор вроде парень что надо, но я в цифрах не сильна. Мне ближе философия. Вероятно, потому я сюда и попала. Передоз Шопенгауэра.

– Шопенгауэра?

– Он написал книгу «Мир как воля и представление». Мне задали по ней работу. Там, если в двух словах, про то, что мир – это то, что мы признаём по собственной воле.