По праву рождения

Анеля хотела что-то сказать, но Юля опередила ее, выставив упреждающе ладонь вперед:

– Все, не надо… Давай сменим тему! Лучше скажи… Не думаешь ли ты, что ошиблась в выборе профессии? С твоим-то романтическим отношением к жизни… Все-таки журналистика предпочитает людей с другим складом характера…

– С каким другим, мам?

– Ну… С более пробивным, что ли… Журналист – он же материалист отъявленный, зоркий проныра, сыщик… Охотник за информацией, которую без боя и напористой наглости не получишь. А у тебя таких качеств и нет совсем…

– Да, согласна.

Но мне нравится учиться, мам. Очень нравится.

– Ну… Учеба – это одно. А настоящая работа – другое. Сможешь ли ты заставить себя быть напористой, наглой даже?

– Да вовсе это необязательно, мам… Вот моя любимая преподавательница, Анна Антоновна, она совсем не такая, и тем не менее долго в литературном журнале работала, замечательные статьи писала. Она умная, тонкая, интересная… С ней разговаривать – одно удовольствие, мы с полуслова понимаем друг друга!

– Это та самая преподавательница, к которой ты завтра курсовую на дом понесешь?

– Ну да… Та самая.

Представляешь, она только что из больницы выписалась и сразу мне позвонила, пригласила к себе… Жалко, если она из института уйдет.

– А что, может уйти?

– Ну да… Я ж говорю, она болеет. Врачи ей работать не разрешают. Жалко… Такой преподаватель замечательный! И человек тоже…

– Хм! Ты так о ней говоришь… Я даже ревную немного. Прям глаз у тебя горит, когда о ней рассказываешь!

Юля засмеялась, обнимая дочь за плечи и притягивая к себе.

И тут же добавила быстро:

– Ладно, не буду к тебе с разговорами приставать, коли так… Дописывай свою курсовую! Вдруг тебе до завтра времени не хватит, и твоя Анна Антоновна недовольна будет! А я виноватой останусь…

Юля ушла, и Анеля вновь занялась курсовой, то есть перечитала еще раз готовый материал, внося необходимые правки. И так увлеклась, что с неудовольствием глянула на телефон, когда тот запел призывной мелодией.

Когда увидела, что звонит Егор, поморщилась досадливо, но все же ответила:

– Да, Егор, слушаю…

– Слушаешь, говоришь? Снизойти решила и послушать меня, да? Ой, спасибо, я весь растекся по стакану от радости…

Анеля оторвала телефон от уха, глянула перед собой в недоумении – чего это он так с ней? Пьяный, что ли?

Наверное, пьяный. Музыка фоном слышна, и крики-визги какие-то. В полном разгаре тусовка, стало быть.