По праву рождения

Господи, опять Егор… И ведь понятно, что он сейчас говорить будет! И каким голосом! Ясно же, что успел выспаться после тусовки, смелость хмельная прошла, и досадное чувство обиды за свое же хамоватое поведение теперь гложет… Опять извиняться начнет, занудно и в то же время с обидой. Вот, мол, смотри, как я перед тобой унижаюсь!

А может, вообще ему не отвечать? Сбросить звонок, отключить телефон… В конце концов, она имеет на это право. Но с другой стороны… Все это неправильно как-то. Нельзя так высокомерно к человеку относиться, тем более если он виноватым себя чувствует.

– Да, Егор, слушаю! – вздохнув, обреченно проговорила в трубку Анеля.

– Привет… Сердишься на меня, да? Я вчера опять накосячил… Наговорил тебе всякой фигни… Прости меня, а? Слово даю, больше не буду… Ну чего ты молчишь, а? Ну скажи хоть что-нибудь, чего ты…

– Я не знаю, что тебе сказать, Егор. И правда не знаю. Наверное, я не умею общаться в той тональности, которая для тебя привычна и удобна.

– Нет! Нет, Анеля! Вот не надо мне сейчас говорить, что нам лучше вообще не встречаться! Я ж говорю – не буду больше… Давай мы это, ну… Как-то это…

Егор замолчал, мучаясь над нужной формулировкой, но так ничего и не вымучил, только сопел в трубку натужно. И Анеля маялась этим его молчанием, даже что-то похожее на чувство вины ощущала, что не может ему помочь… Не может и не хочет. Ну вот чем, чем она ему может помочь, интересно? Добрым советом? Иди, мол, книжек побольше читай, развивайся духовно, чтобы мы могли говорить на одном языке? Можно себе представить, как он на эти слова отреагирует… Лучше и совсем не представлять.

– Ну, в общем… Давай вечером с тобой встретимся и поговорим, а? – вырулил из неловкой паузы в разговоре Егор. – А потом в кафе сходим или в кино… А если хочешь, то и на выставку…

– Какую выставку?

– Ну, какие они там бывают… Тебе виднее, я ж в этом во всем не разбираюсь. Я ж для тебя лох дремучий, понятно.

Анеля поежилась от этого звонко произнесенного «че», понимая, что оно звучит неким вызовом. И тут же захотелось прекратить разговор, потому произнесла сурово, как только смогла:

– Нет, Егор, никуда я с тобой не пойду. То есть не смогу никуда пойти… Я иду курсовую показывать на дом к преподавателю. Не знаю, сколько это времени займет, может, весь вечер.