Мистер Уайлдер и я

– И что это был за фильм?

Джилл пожала плечами:

– Кажется, о Шерлоке Холмсе[6 - “Частная жизнь Шерлока Холмса” (1970), фильм одновременно был номинирован на премию им. Эдгара Аллана По в категории “Лучший фильм” и на премию Гильдии сценаристов США в категории “Лучшая оригинальная комедия”.]. Папа без ума от Шерлока Холмса.

– Он знаменитость? – спросила я. – Режиссер?

– Вряд ли. Ему уже лет семьдесят, так что…

И это все, что я от нее услышала. Мы долго валялись на песке, загорая, тогда-то и был сделан снимок, что красуется на моем столе.

Я позабыла, кто нас фотографировал. Вероятно, мы попросили случайного прохожего “щелкнуть” нас на пляже примерно в миле от пирса. На снимке мы сидим бок о бок, наблюдая, как удлиняются тени и под косыми лучами солнца поверхность океана переливается золотом: две юные девушки в тысячах миль от родного дома, тонкие ноги Джилл вытянуты на песке рядом с моими потолще и покрепче, и цвет наших конечностей тоже неодинаковый: ровный коньячный загар у меня, английская белизна с голубыми прожилками вен у моей подруги. Признаюсь, я эгоистично радовалась тому, что Джилл снова принадлежит мне целиком и полностью, необходимость делить ее со Стивеном отпала; отныне и до конца нашего путешествия мы будем только вдвоем, ликовала я. Что до грядущего ужина, так ли уж плохо провести вечер с новыми знакомыми и большим сочным стейком, возместив ущерб, нанесенный фастфудом, которым мы перебивались в последнее время? Конечно, знай я, что этот ужин повлечет за собой радикальные перемены в моей жизни, я бы наверняка рассуждала иначе, но предчувствий у меня ни на йоту не было, я преспокойно лежала на пляже рядом с вновь обретенной Джилл, наслаждаясь горячим песком под нашими телами и любуясь солнцем на воде под аккомпанемент радостного визга, доносившегося с американских горок на пирсе, и будущее виделось мне прекраснейшей порой исполнения желаний и безоблачного счастья.

* * *

Джилл снабдили адресом ресторана под названием “Бистро”: Норт-Кэннон-драйв в Беверли-Хиллз.

В этой части Лос-Анджелеса мы до сих пор не бывали и представить не могли, сколь разительно не похож Беверли-Хиллз на район, где мы жили. Вечернее солнце высвечивало шикарные бары, кофейни, дизайнерские бутики; деньги сочились из каждой стены, из каждой трещинки на асфальте. Рассчитывая время на дорогу, мы по неопытности ошиблись и к ресторану подъехали в 19:50 – с опозданием на двадцать минут.