Сказание о Синей птице

Костры окружали высокий помост из гальки, возле которого стояли старейшина в черном и люди в масках, облаченные в белое. Под звуки молитвы я поднялась на помост.

Звучали песнопения муя, вокруг полыхали костры. Я уставилась на огонь, его жар обжигал кожу, но я не чувствовала боли, только закашлялась, надышавшись дыма. Словно наяву, я увидела мелькнувшего в пламени генерала в белом одеянии. Его лицо было решительным, но глаза выражали боль и печаль. Воин пристально смотрел на меня, постепенно приближаясь.

«Сними полуптицу и уходи!» – повторял генерал одно и то же предостережение.

Под его взглядом я, не понимая, что делаю, сорвала с шеи оберег и бросила его высоко в небо. Огонь костра взвился ввысь, но бушующее пламя отступило, как будто повинуясь невидимой силе.

Видение генерала в огне исчезло, а костер выплюнул в небо яркие всполохи, словно стараясь достать оберег, но тут же стих.

В тот момент, когда я сорвала оберег и полуптица покинула меня, сердце, казалось, разре?зали острым ножом, и боль вернула меня в действительность.

Амулет упал рядом с мужчиной в маске. Тот нагнулся поднять его, и маска соскользнула с его лица.

Я застыла, на глаза навернулись слезы. Даже спустя столько лет я все еще помню его? Неужели это сон?

– Отец! Отец! – закричала я изо всех сил.

Глаза отца были темными, как глубокие воды, спокойные и решительные. Эти глаза!

Он не посмотрел на меня, отвернулся и пошел прочь. Обжигающее тепло разлилось по всему телу, боль в сердце усиливалась, и я упала без чувств.

– 11 ~

Открыв глаза, я увидела, что нахожусь в простом деревянном доме, шторы были раздернуты, а за окном светало. Попытавшись встать, я почувствовала головокружение и рухнула обратно на постель.

Сидя на полу, прислонившись к кровати, спала Цзян Ли. Я лежала и смотрела, как розовым цветом окрашивает ее лицо утренний свет, как он медленно двигается по ее телу. Откинувшись на подушку, я вытянула руку и, закрыв глаза, ждала, пока лучи коснутся моей ладони… Я снова погружалась в сон.

Яркий свет во сне всколыхнул воспоминания. Я снова видела, как отец уходит не оборачиваясь. «Отец… Отец…» – шептала я, а по моему лицу текли слезы. Я понимала, что сплю, но не могла перестать плакать.

Когда я проснулась, комнату заливал солнечный свет, небо за окном стало ярким.

– Эй, все в порядке. Все хорошо, не бойся, – устало глядя на меня, сказала Цзян Ли.

– Вы… Вы собирались меня сжечь! – холодно упрекнула я. В моих глазах не было ни намека на слезы.