Покуда я тебя не обрету

Тот, кто думает, будто все бухгалтеры скупердяи, а детей терпеть не могут, не встречал Торстена Линдберга. Закончив завтрак, достойный самого Гаргантюа, чуть раньше, чем Алиса и Джек, – они-то одновременно выглядывали клиентов, – Линдберг подошел к их столу, улыбнулся Джеку и что-то приветливо сказал по-шведски. Мальчик обернулся к маме, прося о помощи.

– Прошу прощения, мой сын говорит только по-английски, – сказала Алиса.

– Отлично! – воскликнул Линдберг, словно бы полагал, что в Швеции англоговорящим детям нужна особая доза хорошего настроения.

 – Скажи, ты когда-нибудь видел рыбу, которая плавает в воздухе?

– Нет, – ответил мальчик.

Одет Линдберг был, как полагается чиновнику – темно-синий костюм с галстуком, и со стороны его можно было принять за человека, направляющегося на похороны, или, хуже того, за самого покойника; но вел он себя как настоящий цирковой клоун или фокусник. Повернувшись к Джеку, Линдберг снял пиджак, отдал его Алисе жестом одновременно вежливым и фамильярным, словно та его жена.

С большим шиком он расстегнул рукав своей безупречно белой сорочки и закатал его выше локтя. На предплечье красовалась обещанная рыба; татуировка была великолепна, казалось, что рыба – явно японская, хотя и не карп, – выросла у него на руке. Голова рыбины лежала на запястье, а хвост огибал локтевой сустав. Чешуя переливалась ярко-голубым, желтым, зеленым, черным и красным. Торстен напряг мускулы и стал крутить запястьем в разные стороны – и рыба в самом деле поплыла, изгибаясь спиралью от локтя к ладони, как будто стремилась схватить что-то зажатое хозяином в кулаке.

– Ну вот, теперь ты видел, как рыба плавает в воздухе, – сказал Линдберг Джеку, а тот снова уставился на мать.

– Татуировка выше всяких похвал, – сказала Алиса, – но готова спорить, что Док Форест умеет делать и получше.

Линдберг ответил без паузы, но понизив голос:

– На людях я не смею показать вам то, что изобразил на мне Док Форест.

– Ага, так вы его знаете! – сказала Алиса.

– Разумеется. Я-то думал, вы тоже.

– Я знаю только его работы, – ответила Алиса.

– Вижу, вы неплохо разбираетесь в татуировках! – сказал Линдберг.

Его интерес и радостное возбуждение делались сильнее с каждой фразой.

– Спрячьте, пожалуйста, вашу рыбину, – сказала Алиса. – Если у вас есть немного времени, у меня есть комната и оборудование.

Потом Джек долго жалел, что мама не выучила, как будет по-шведски «Спрячьте, пожалуйста, вашу рыбину».