Мы умели верить

 – Знаешь, как бывает, когда на пьяную голову какие-то мысли вдруг возникают, и ты в них веришь? Я напилась, а он не мог найти тебя, и я видела, как ты пошел наверх, и кто-то сказал, что видел, как наверх шел Тедди, и я стала говорить: «Йель наверху с Тедди», потому что думала, что помогу ему. Похоже, не помогла.

– Я так и подумал, – сказал Йель. – Именно так я и подумал. Тедди там вообще не было. Он ушел, когда началось слайд-шоу.

– Ох, Йель, я не хотела создавать тебе проблем. Я потом слышала, что Чарли был… о боже.

– Это неважно, – сказал он. – Это наименее важное из всего, что было в тот вечер.

Йель продолжил оттирать тарелки, а Фиона присоединилась к остальным в гостиной. Если он не перемоет посуду сейчас, пока Чарли развлекает гостей и изображает, будто понимает американский футбол, тогда Чарли сам возьмется мыть всю посуду.

Когда Йель наконец вошел в гостиную, разговор внезапно смолк.

– Что? – сказал он.

– Потом тебе скажу, – сказал Чарли.

– Нет, что?

– «Ковбои» выигрывают, – сказал Терренс.

Эшер попытался выпить из бокала, но тот был пуст.

– Просто скажите ему, – сказала Фиона.

Чарли погладил диван, закусил губу и уставился в телевизор.

– Думаю, я видел твою маму.

– Ох.

– То есть точно видел. Она была медсестрой, в… это была реклама тайленола[51 - Популярное средство от простуды и боли.]. Она что-то говорила. Не много.

– Мы не знали, что твоя мама кинозвезда, – сказал Эшер.

У Йеля зашумело в голове.

– Она не звезда.

Такого не случалось уже пару лет, такой подставы. Какое-то время назад крутили рекламу кофе, где она изображала официантку. И еще она играла секретаршу в одной серии «Саймон и Саймон»[52 - Simon & Simon – американский телесериал о двух братьях-детективах.]. Он это ненавидел – Чарли наверняка сказал им об этом, иначе почему бы они так смотрели на него? – ненавидел всем нутром унижение от того, что ему было позволено видеть свою мать те же две секунды, что и всем остальным людям в стране.

Ненавидел, что ему хотелось смотреть на нее и он не мог безразлично отвести взгляд. Ненавидел сожаление о том, что не увидел ее сейчас, ненавидел, что они все видели ее, а он нет, ненавидел, что они его жалели, ненавидел, что так сильно ненавидит все это.

Когда Йелю было семь, отец взял его в кино на «Завтрак у Тиффани» – и Йель, зная, что его мама актриса и что актрисы меняют внешность для ролей, убедил себя, что это его мама играет Холли Голайтли.