1Q84. Тысяча Невестьсот Восемьдесят Четыре. Книга 2. Июль–сентябрь

Я правильно понимаю, что такой итог тебя не устроит?

Аомамэ кивнула, не говоря ни слова.

– Когда генерала Тодзё по окончании войны пришли арестовывать американцы, он при попытке застрелиться целился в сердце[9 - Хидэки Тодзё (1884 – 1948) – генерал-майор, 40-й премьер-министр Японии. После поражения страны во Второй мировой войне был признан военным преступником категории «А» и приговорен международным трибуналом к казни через повешение.]. Но пуля угодила в желудок, и он остался жив. Тоже мне профессиональный вояка, даже застрелиться как следует не сумел! Янки тут же забрали его в свой госпиталь, выходили силами лучших врачей, а потом судили – и приговорили к виселице.

Жуткая смерть… Как нам рождаться, мы, конечно, не выбираем. Но как умереть, зависит от нас.

Аомамэ закусила губу.

– Самый надежный способ – сунуть дуло в рот и выбить мозги выстрелом снизу. Вот так, смотри…

Тамару забрал у нее пистолет и продемонстрировал самый надежный способ на себе. Даже твердо зная, что оружие на предохранителе, Аомамэ напряглась.

В горле будто что-то застряло, стало трудно дышать.

– Но даже в этом случае стопроцентной гарантии не бывает, – сказал Тамару, вынув дуло изо рта. – Я лично знал парня, который сделал все так, но не умер и до сих пор в коме. Мы с ним служили в Силах самообороны. Он вставил в рот дуло ружья, продел в спусковую скобу столовую ложку и нажал на нее пальцами ног. Но в самый последний момент ружье дернулось. Он остался жив, но превратился в овощ и вот уже лет десять не приходит в сознание.

Все-таки непростая это задача – лишать себя жизни. Совсем не то что в кино. На киноэкране все кончают с собой достойно и круто. Легко и без боли. А в реальности все не так. Не сумел распрощаться с жизнью – будешь ходить под себя в постели еще десяток лет…

Аомамэ молча кивнула. Тамару вынул из пистолета магазин, собрал все патроны в пластиковый пакет и вручил Аомамэ – оружие отдельно, боеприпасы отдельно.

– Не заряжен, – отчетливо объявил он.

Еще раз кивнув, она взяла и то и другое.

– Не хочу лезть с советами, – добавил Тамару, – но при любом раскладе лучше думать о том, как выжить. Так оно и мудрей, и реалистичнее. Считай это моим тебе напутствием.

– Я поняла, – сдавленным голосом ответила Аомамэ, завернула «хеклер-унд-кох» в шейный платок, спрятала в сумку. Отправила туда же пакет с патронами. Оружие и правда было компактным: хотя сумка и потяжелела на добрых полкило, ее форма практически не изменилась.