Стрелец тебе в Юпитер

Моя ладонь задерживается в его чуть дольше необходимого, так, что я замечаю разницу температур нашей кожи и твердые мозоли, которые не встретишь у офисных планктонов.

Интересный новый факт.

Арсений явно тягает железо.

– Все нормально, – отбираю у него свою руку и перекидываю в нее мусорный пакет, чтобы продолжить убирать другой рукой.

– Зачем вообще пришла, – Шереметьев продолжает бухтеть, как старый дед.

– Совесть не позволила наблюдать из окна, – киваю на офисные окна, из которых не свесился только ленивый.

– Я же сказал, нормально все, сам виноват, – отчего-то злится сильнее Арсений.

Нет, ну дела. Я ему помогаю тут, на себя вину беру, а он еще недоволен!

– Ты невыносим, – загребаю ладонью землю и пытаюсь смести с капота. Добраться до злополучной вмятины. И убедиться, что мне не заготовлена участь недельной бессонницы.

– Ты несносна, – парирует Шереметьев.

– Неблагодарный! – едко возмущаюсь.

– Неа…

Начинает и тут же захлопывает рот.

– Что? – резко выпрямляюсь и пронзаю убийственным взглядом этого противного человека.

Все ему вечно не так!

– Ничего. Кто же руками это делает, – неприятно цокает, огибает капот и открывает заднюю дверцу. Достает щетку для чистки машины и двумя размашистыми движениями стряхивает всю землю. – Теперь грязная, как… – кидает взгляд на мои руки и закатывает глаза. Бесяче.

Какой же он… какой!.

Чуть не лопаюсь от возмущения. И я еще жалела его машину!

Да тут едва заметная вмятина под слоем земельки оказалась, а я опять облита с ног до головы. Ну нет, Арсений, сегодня тебе чистеньким из этого не выбраться.

Бросаю пакет с мусором на землю, делаю решительный шаг к наглецу и, пока он не понял мой маневр, вытираю ладони о его безупречную рубашечку.

Раз уж дело на то пошло – запишем еще один пункт в непредвиденные расходы Стрельцам. День у них сегодня такой.

А спина у Арсения… ничего. С буграми. Мешки с картошкой он что ли по ночам таскает?

Если так – то дело дрянь. Еще секунда промедления, и он выйдет из оцепенения, в которое вошел, как только мои ладони коснулись его лопаток и ка-а-ак обернется…

– Беги, Уля! – разносится над головой.

А Ксюха дело говорит!

Последний раз вдавливаю грязные пальцы в хрустящую ткань цвета яичной скорлупы, придавая ей авангардизма, и резко отстраняюсь.