Стрелец тебе в Юпитер

Над головой раздается удушливый смешок.

Снимаю очки и поднимаю взгляд вверх. На Стрельца во плоти.

– Ты это специально, – злость все-таки берет верх. А за ней следует то, что я в себе ненавижу – чертова эмоциональность.

– Нет, – сквозь попытку удержать очередной смешок, утверждает наглец.

– Пожалуй, сегодня на ночь мне действительно стоит почитать словарь, потому что сейчас у меня для тебя слов нет, – говорю приглушенно.

Поднимаюсь на ноги, всовываю букет раздора в руки эгоистичному мудаку и гневно протираю стекла очков о не намокшую часть футболки.

Только не расплачься на глазах у конченного придурка. Только не расплачься.

– Я правда не специально, – настойчиво говорит Арсений уже без улыбки.

– Угу, – киваю я. Как же.

Разворачиваюсь и ухожу в дамскую комнату, под пристальным взглядом коллег, от которых сцена не могла укрыться, ведь мы работает в тесном дружном офисе открытого типа.

Закрываюсь в кабинке и оцениваю ущерб в зеркале. Ладно, все не так плохо. Скидываю пиджак, затем налипшую к коже футболку.

Плакать уже не хочется, я очень отходчива, если самой себя не загонять. А я хорошо умею сосредотачиваться на задачах, а не на эмоциях. Футболку кидаю на батарею, блейзер накидываю поверх топа, который волей случая оказался на мне вместо вычурного бюстгальтера. Разделяю передние мокрые пряди волос пальцами, чтобы не превратились в паклю, и убираю в нетугой узел на макушке. Ну вот, почти прилично.

Выхожу уже собранной как личность и спокойной, как познавший дзен тибетский монах.

Пока не вижу, что над моими хризантемами издеваются!

– Ты что творишь? – подлетаю к Шереметьеву и пытаюсь прекратить экзекуцию над цветочной композицией, которую он устроил. На моем столе красуется разобранный букет и, очевидно, вытащенные из мусорки уцелевшие розы.

– Пытаюсь превратить нищенский букет в подобие приличного.

Что за каша в голове у этого человека?!

– О, боже, – пытаюсь оттолкнуть его бедром и вырвать из его лап ни в чем не повинные хризантемы. – Ты же ни черта в них не разбираешься!

– Их продают пенсионерки у метро, – дерзко сбивая в кучу несочетаемые цветы, пытается собрать из них единое целое.

Что выглядит, конечно, совершенно безобразно.

– Иди отсюда, – выкидываю из облака воздушных кремовых цветов дурацкие розы. Укалываю палец о дурацкий шип и совершенно по-дурацки пачкаю одну из хризантем кровью.

Чудесно. Подарок с ДНК. Креатив зашкаливает.

– Сама не мешайся, – перехватывая мое запястье, гремит над ухом.