Женщина – не мужчина

«Теперь Якуб может устраивать свадьбу», – думала Исра, когда они после консульства пошли прогуляться по Иерусалиму. В лабиринте узких улочек Старого города Исру ждало невероятное множество впечатлений. Из открытых брезентовых мешков, выставленных перед магазином специй, пахло ромашкой, шалфеем, мятой и чечевицей, а из ближайшего духана веяло сладким ароматом свежевыпеченного кнафе. Перед лавкой мясника стояли клетки с цыплятами и кроликами, а в витринах бутиков лежали россыпи позолоченных украшений. На углах старики в куфиях торговали пестрыми платками.

Женщины в черном с головы до ног спешили по улицам. На некоторых были вышитые хиджабы, обтягивающие штаны и круглые солнечные очки. На других вообще хиджаба не было – израильтянки, сообразила Исра. Их каблуки стучали по неровным тротуарам. Свистели мальчишки. Машины петляли по узеньким улочкам, сигналя и оставляя за собой шлейф выхлопных газов. Израильские солдаты патрулировали улицы, у каждого поперек стройного торса висела винтовка. Воздух был полон пыли и шума.

На обед Адам купил сэндвичи с фалафелем у торговца, расположившегося со своей тележкой у мечети Аль-Акса. Пока они ели, Исра благоговейно рассматривала позолоченный купол.

– Красиво, да? – спросил Адам с набитым ртом.

– Очень, – отозвалась Исра. – Никогда ее раньше не видела.

Адам уставился на нее:

– Правда, что ли?

Она кивнула.

– Но почему?

– Сюда сложно добираться.

– Я так давно здесь не был, что уже и забыл, каково это. Нас, наверное, на десятке застав остановили.

Дурдом!

– А когда вы уехали из Палестины?

Адам ответил, не переставая жевать:

– Мы перебрались в Нью-Йорк в семьдесят шестом, мне тогда было шестнадцать. С тех пор родители пару раз сюда наведывались, но я с ними не ездил – должен же кто-то был оставаться в отцовском магазине.

– А ты когда-нибудь был в этой мечети?

– Конечно. Много, очень много раз. Я ведь хотел стать имамом, когда вырасту. Священником. Однажды летом я провел здесь целый Рамадан.

Выучил наизусть весь Коран.

– Правда?

– Ага.

– Так вот чем ты занимаешься в Америке? Ты священник?

– Да нет…

– А что же ты тогда делаешь?

– Управляю магазином.

– Но почему ты не стал имамом? – расспрашивала Исра, окрыленная тем, что разговор складывается так хорошо.

– Я не мог стать имамом в Америке.

– Как так не мог?

– Нужно было помогать отцу в семейном бизнесе. Тут не до духовной карьеры.

– А-а, – пробормотала Исра.