Комната бабочек

– Господи, нет! То есть мужа уже нет. Джонни умер более тридцати лет назад. С тех пор я вдовствую.

– Грустно. Полагаю, в то время твои дети были совсем маленькими? Должно быть, трудно тебе пришлось?

– Да, нелегко, но терпимо. На самом деле у меня сохранились чудесные воспоминания о детстве моих мальчиков. Мы втроем противостояли всему миру. Они помогли мне не сойти с ума.

– Удивительно, Поузи, почему же ты опять не вышла замуж? Такая женщина, как ты…

– Никому больше не удалось покорить мое сердце.

– Но, должно быть, женихов у тебя хватало?

– Да, за долгие годы появлялись иногда желающие. Ты хочешь заказать пудинг или мы перейдем сразу к кофе?

После кофе Поузи продолжила рассказывать Фредди историю своей жизни.

– Именно сад и спас меня, по правде говоря. Радостно видеть, как все растет и расцветает, наверное, это сродни возбуждению, которое ты испытывал, выигрывая дело в суде.

– По-моему, дорогая, твоя радость более драгоценна. Ведь ты создавала нечто красивое на пустом месте.

– Что ж, возможно, ты захочешь заглянуть в Адмирал-хаус, и я устрою тебе экскурсию по саду.

Фредди не ответил. Вместо этого он подозвал официантку и попросил счет.

– Между прочим, мне пора бежать. Было очень приятно наверстать упущенное, Поузи, но, боюсь, я должен завершить наш обед. В три часа меня ждет электрик, чтобы смонтировать подсветку на потолке амбара. Надеюсь, ты как-нибудь зайдешь и взглянешь на мои владения.

Поузи увидела, как он положил на столик под счет несколько банкнот, а потом поднялся.

– Прости меня за столь поспешный уход. Я совсем забыл о времени. До свидания, Поузи.

– До свидания.

Когда он ушел, она глубоко вздохнула и допила остававшееся в бокале вино. Она чувствовала себя совершенно растерянной, потрясенной его внезапным бегством. В конце концов, он сам разыскал ее, пригласил на обед, и теперь она размышляла, какие же ее слова или действия могли спровоцировать столь поспешный уход.

– Или, может, он действительно просто потерял счет времени, – проворчала Поузи, вставая и собираясь на выход.

Что бы то ни было, она невольно почувствовала себя глупо, идя по залитой ярким сентябрьским солнцем центральной улице. Последние пару дней она много думала о том, что раз он опять пригласил ее на свидание, то она, возможно, когда-нибудь простит его за то, что он так бесцеремонно бросил ее полвека назад.