Девятнадцать минут

В это время в раздевалку ворвались двое полицейских, один из них подобрал оружие, а сам Патрик бросился к мальчишке, повалил его на живот, сильно прижав коленом, и надел ему наручники.

– Ты один? Кто еще с тобой?

– Я один, – сдавленно произнес парень.

У Патрика кружилась голова, сердце отбивало барабанную дробь, и он только смутно расслышал, как его коллега сказал по рации:

– Одного взяли. Есть ли кто-то еще, пока не знаем.

Все закончилось так же внезапно, как началось – если такие вещи вообще могут заканчиваться.

Патрик не знал, остались ли в школе мины-ловушки или бомбы, не знал, сколько человек погибло, сколько с серьезными ранами доставили в медицинский центр Дартмут-Хичкок, сколько определили в дневную больницу Элис Пек; не знал, с чего ему как детективу следует начать работу на месте такого преступления. Стрелявшего обезвредили, но какой ценой! Патрик затрясся всем телом при мысли о том, что для многих учителей, родителей и просто горожан он сегодня опять опоздал.

Сделав несколько шагов, Патрик упал на колени.

На самом деле у него подкосились ноги, но он предпочел сделать вид, что просто хочет осмотреть тела жертв. Парня, который стрелял, вывели, чтобы посадить в стоявшую у крыльца патрульную машину. Патрик едва заметил, как это произошло. Даже не обернувшись вслед преступнику, он склонился над телом, лежавшим прямо перед ним.

Это был мальчик в фуфайке с логотипом местной хоккейной команды. Под ним растеклась лужа крови – вероятно, из раны в животе, еще одна рана зияла во лбу.

Патрик поднял и повертел в руках валявшуюся бейсболку с вышитой эмблемой местной команды. Рядом с парнем ничком лежала девочка; ей пуля попала в висок. Ногти на босых ногах были покрыты ярко-розовым лаком – таким же Тара накрасила ногти на ногах Патрика. От этой мысли у него замерло сердце. Точно так же, как его крестница, ее братик и миллионы других детей по всей стране, эта девочка проснулась сегодня утром и пошла в школу, не подозревая об опасности, которая ей угрожала. Она верила, что находится под надежной защитой взрослых. После терактов 11 сентября 2001 года учителя были обязаны постоянно носить при себе удостоверения личности, а двери школ запирались на время занятий. Как и все, девочка думала, что враг – это кто-то извне, а не мальчик, сидящий за соседней партой. Вдруг она пошевелилась:

– Помогите…

– Сейчас, сейчас. – Патрик осторожно дотронулся до раны, определяя, насколько она серьезная. – Все в порядке.