Ангел для сестры

Или, может, она просто уже так давно работает у меня, что знает большую часть моих секретов. В любом случае ей известно, о чем я думаю.

– Она говорит, что твой отец связался с семнадцатилеткой, и слова «приличия» нет в его лексиконе, и что она переедет жить в «Сосны», если ты не позвонишь ей до… – Керри смотрит на наручные часы. – Упс!

– Сколько раз она угрожала покончить с собой на этой неделе?

– Всего три.

– Мы еще не достигли среднего уровня. – Я склоняюсь над столом и закрываю каталог.

– В чем дело?

– Эта девочка, Анна Фицджеральд…

– Планирование семьи?

– Не совсем, – говорю я. – Мы будем представлять ее интересы. Мне нужно продиктовать тебе ходатайство о медицинской эмансипации, чтобы завтра подать его в суд по семейным делам.

– Да иди ты! Ты будешь представлять ее?

Я кладу руку на сердце:

– Меня ранит, что ты так плохо обо мне думаешь.

– Вообще-то, я думала о твоем бумажнике.

– Завтра узнают.

– Ты полный идиот?

– Прости?

– Где она будет жить? – качает головой Керри.

Замечание секретарши вынуждает меня остановиться. Об этом я как-то не подумал. А ведь девочке, которая возбуждает дело против родителей, будет не особенно комфортно оставаться жить под их крышей, когда им вручат повестки.

Вдруг у моих ног оказывается Джадж, тычется носом мне в бедро. Я раздраженно качаю головой. Порядок есть порядок.

– Дай мне пятнадцать минут, – говорю я Керри.

– Кэмпбелл, – с нажимом произносит непреклонная секретарша, – ты ведь не думаешь, что девочка будет сама себя защищать.

Я возвращаюсь в кабинет. Джадж идет следом, останавливается, едва переступив порог.

– Это не моя проблема, – отвечаю я, закрываю дверь, запираю ее и жду.

Сара

1990 год

Синяк размером и формой напоминает лист клевера с четырьмя пластинками, он появился прямо между лопаток у Кейт.

– Мама, это значит, что она счастливая? – спрашивает он.

Сперва я пробую оттереть пятно, решив, что это грязь, но ничего не выходит. Двухлетняя Кейт, объект пристрастного изучения, смотрит на меня ярко-голубыми глазами.

– Больно? – спрашиваю я, а она качает головой.

Где-то позади меня в коридоре Брайан рассказывает, как прошел день. От него немного пахнет табаком.