Ангел для сестры

Полагаю, когда я не пожелала принять на себя роль новой Глории Оллред[8 - Глория Рэйчел Оллред – американский адвокат, занималась громкими и противоречивыми делами, касавшимися защиты прав женщин.], сестра вполне обоснованно записала меня в категорию пропащих. А сама я до настоящего времени вполне оправданно себя к таковой не причисляла.

Не поймите меня неправильно, Сюзанн любит племянницу и племянника. Присылает им резные фигурки из Африки, ракушки с Бали, шоколадки из Швейцарии. Джесс хочет работать в таком же стеклянном кабинете, как у нее, когда вырастет.

– Все не могут быть такими, как тетя Занни, – говорю я ему, подразумевая, что это я не могу быть ею.

Не помню, кто из нас первым бросил перезванивать, если пропускал звонок, но так было проще. Ничего нет хуже тишины, тяжелыми бусинами нанизанной на нить слишком деликатного разговора. А потому мне потребовалась целая неделя, чтобы взяться за трубку телефона. Я набираю прямой номер.

– Линия Сюзанн Крофтон, – отвечает мужской голос.

– Да.

– Она на совещании.

– Пожалуйста… – Я набираю в грудь воздуха. – Пожалуйста, скажите ей, что звонит ее сестра.

Через мгновение мягкий свежий голос падает мне в ухо.

– Сара… Давно тебя не слышно.

Сюзанн – тот человек, к которому я кинулась, когда у меня начались первые месячные; который помогал мне собрать осколки разбитого первой любовью сердца; к ее руке я потянулась посреди ночи, если не могла вспомнить, на какую сторону зачесывал волосы наш отец или как звучал смех нашей матери.

– Занни, как ты? – спрашиваю я.

Через тридцать шесть часов после того, как Кейт поставили диагноз ОПЛ, мы получили возможность задать вопросы. Кейт в компании со специалистом по детскому развитию мажет бумагу клеем с блестками, пока мы беседуем с целой командой докторов, медсестер и психиатров. Сестры, как я уже поняла, дают ответы на самые жгучие вопросы. В отличие от врачей, которые ерзают, будто им нужно быть где-нибудь в другом месте, медсестры терпеливо все разъясняют, словно мы первые, а не тысячные родители, с которыми они встречаются по такому поводу.

– С лейкемией дело обстоит так, – говорит одна из них, – что мы, еще не сделав первую инъекцию, уже думаем о трех следующих процедурах, которые могут понадобиться. Это заболевание трудно прогнозировать, поэтому мы должны стараться предвидеть варианты его развития.