Выкрикивается лот 49

Также упоминались основатель философии прагматизма Чарльз Сандерс Пирс (1839–1914), стоявший у истоков семиотики и теории коммуникации, и шотландская деревня Инверарити. Единственное, на чем большинство исследователей сходится, это на том, что фамилию Инверарити Пинчон позаимствовал, скорее всего, из романа Джеймса Джойса «Портрет художника в юности» (1917): «Страницы истрепанного Горация никогда не казались холодными на ощупь, даже если его пальцы стыли от холода; это были живые страницы, и пятьдесят лет тому назад их перелистывали живые пальцы Джона Дункана Инверэрити и его брата Уильяма Малькольма Инверэрити.

Да, их благородные имена сохранились на выцветшем заглавном листе…» (перев. М. Богословской-Бобровой).], калифорнийского магната в сфере торговли недвижимостью, как-то в свободное время просадившего два миллиона долларов, но тем не менее оставившего активы настолько солидные и путаные, что приведение их в порядок явно требовало распорядительства не только лишь почетного. Эдипа стояла в гостиной под бесстрастным мертвым оком зеленоватого экрана телевизора и поминала всуе имя Господа, пытаясь почувствовать себя вдребезги пьяной. Не получалось. Она вспоминала, как хлопнула дверь номера в масатланском отеле[4 - Масатлан – порт на западе Мексики в штате Синалоа.], пробудив две сотни птиц в холле; думала о том, как над склоном у библиотеки Корнеллского университета занимается заря, которой никто, впрочем, там не видел, поскольку склон выходил на запад; размышляла о сдержанной и печальной мелодии Бартока из четвертой части Концерта[5 - Бела Барток (1881–1945) – венгерский композитор, один из виднейших представителей венгерской музыкальной культуры, лауреат Международной премии мира (посмертно, 1955). Концерт для оркестра написан им в 1943 г., после эмиграции в США.] для оркестра и о гипсовом бюсте Джея Гулда[6 - Джей Гулд (1836–1892) – американский финансист, прозванный «Мефистофелем Уолл-стрита», виновник т. н. Черной пятницы на фондовой бирже в США (1869).], который стоял над кроватью на слишком узенькой полочке, и Эдипа всегда с ужасом ждала, что вот сейчас он грохнется. Может, так и умер Пирс, гадала Эдипа, погиб, раздавленный среди грез единственным в доме предметом поклонения? У нее вырвался громкий беспомощный смех. Ты больна, Эдипа, говорила она то ли себе, то ли комнате, которая и так знала.

Письмо, пришедшее из Лос-Анджелеса от юридической фирмы «Уорп, Уистфулл, Кубичек и Макмингус», было подписано неким Мецгером.