Женщина в зеркале

– Но где? Здесь, в Сент-Андре, нет никого, кто…

– Кажется, я знаю. В Брюгге есть художник…

– Не будьте дурами: сперва мне придется во всем признаться.

– Скажешь ты правду или нет, все равно придется покупать новое зеркало.

– Боже мой, но как?

– Я заплачу за зеркало, – заявила Франциска. – Мы у меня дома, и уронила его я.

– Потому что Ида тебя напугала…

– Я заплачу, – повторила старуха.

– Нет, я! – возразила Ида.

– А деньги где взять? – проворчала Годельева.

Когда они обсудили все варианты, зазвонил пузатый деревенский колокол, напоминая им, что венчание вот-вот начнется.

Годельева подняла голову:

– Анна?

Девушка не отвечала. Годельева, вздрогнув, велела:

– Анна, иди сюда!

Женщины осмотрели мансарду, затем весь этаж: невесты нигде не было.

– Небось помчалась к своему любезному, – заключила бабушка Франциска.

Годельева подняла с пола пару туфель.

– Без сабо?

Вдова землемера указала на свой подарок, валявшийся у лестницы:

– И без расшитых башмачков, которые я ей одолжила?

Ида кинулась к окну:

– Филипп все еще ждет внизу.

– Тогда где же Анна?

Женщины переходили из комнаты в комнату, выкликая девушку. Спустившись на первый этаж, Годельева открыла заднюю дверь, выходившую на луг, и обнаружила на влажной земле следы босых ног, терявшиеся в траве, что тянулась до самого леса.

– Не может быть! Сбежала?!

Следы, далеко отстоявшие друг от друга, хранили лишь форму пальцев ног. Похоже, Анна воспользовалась происшествием с зеркалом: она спустилась с крыльца, легко пробежала через луг к лесу и скрылась.

2

Лаго Маджоре, 20 апреля 1904 г.

Дорогая Гретхен!

Нет, милая, ты не ошиблась, тебе пишет именно Ханна, твоя Ханна. И если ты посмотришь на приложенный к письму портрет, то рядом с одетым по-царски сияющим молодым мужчиной ты под экстравагантной многоярусной шляпой увидишь коротышку со смущенной улыбкой: это вновь я. Да, можешь прыснуть со смеху.

А, уже смеешься? Ты не ошиблась, я глупа. Чего же ты хочешь? У Франца есть два недостатка, которые он скрывал от меня до свадьбы: он обожает шляпы и коллекционирует воспоминания. Что в результате? Побывав у модисток, он превратил меня в клетку с птицами, в девушку с фруктовой корзиной на голове, в вазу с цветами, в грабли, собравшие урожай лент, словом, в расфуфыренный павлиний зад, а затем радостно повлек к фотографу, чтобы увековечить мое посмешище.