Сохраняя веру

И это не родимое пятно, которое я могла бы спрятать под водолазку и делать вид, будто его нет.

– А чем тебе поможет разговор со священником?

Я и сама не знаю, чего жду. Чтобы из моей дочери изгнали нечистую силу или чтобы признали ее визионером? Я вдруг отчетливо вспоминаю, как несколько лет назад стояла на перекрестке перед красным светофором, уверенная в том, что все видят мои шрамы, спрятанные под рукавами. Мне казалось, люди знают о тонких, но неустранимых различиях между мной и ими. Своей дочери я такого не желаю.

– Я просто хочу, чтобы Вера снова стала нормальным ребенком, – говорю я.

Мама пристально смотрит на меня:

– Ну ладно. Поступай как знаешь. Только начинать надо не с церкви. – Порывшись в стареньком вращающемся каталоге, она достает карточку, пожелтевшую и ветхую – то ли от частого использования, то ли, наоборот, от долгого забвения. – Так зовут местного раввина. Вне зависимости от того, хочешь ли ты это признавать, твоя дочь – еврейка.

Равви Марвин Вайсман.

– Не знала, что ты ходишь в синагогу.

– А я и не хожу, – отвечает мама, пожимая плечами. – Мне просто передали эту визитку.

Я кладу карточку в карман:

– Хорошо, я позвоню сначала ему. Только он вряд ли мне поверит. Ни в одной из книг, которые я сегодня читала, не говорилось о том, чтобы у иудеев бывали божественные видения.

Мама скребет ногтем большого пальца край столешницы:

– Ну и что?

И хотя я несколько раз проходила мимо нью-ханаанской синагоги, внутрь никогда не заглядывала. В здании темно и пахнет плесенью.

Тусклый свет сочится сквозь длинные узкие витражи, расположенные через равные промежутки. На пестро украшенной доске объявлений – имена учеников еврейской школы. Вера жмется ко мне:

– Тут страшно.

– Совсем даже не страшно, – сжимая ее руку, говорю я, хотя в глубине души согласна с ней. – Погляди, какие красивые окошки!

Вера смотрит на витражи, потом опять на меня:

– И все-таки страшно.

Из конца коридора доносится шум приближающихся шагов. Вскоре появляются мужчина и женщина, на ходу выясняющие отношения.

– Тебе трудно сказать что-нибудь хорошее?! – кричит она. – Тебе лишь бы сделать так, чтобы я выглядела идиоткой?

– По-твоему, я специально заставляю тебя психовать? – громогласно отвечает он. – Я похож на такого человека?

Не обращая на нас ни малейшего внимания, они сдергивают свои куртки с вешалки.

– Вера, – шепчу я, заметив, что она не сводит глаз с ссорящейся пары, – не смотри так. Это невежливо.